Читать онлайн Тайна, автора - Адлер Элизабет, Раздел - Глава 31 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Тайна - Адлер Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.35 (Голосов: 72)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Тайна - Адлер Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Тайна - Адлер Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Адлер Элизабет

Тайна

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 31

Би все еще лежала в той же позе, свернувшись калачиком на зеленой софе на террасе, когда взошло солнце и наступило утро следующего дня. Она прижала к себе бумаги, где была записана история Джонни Леконте, и молча смотрела, как встает солнце и Средиземное море превращается в озеро расплавленного золота.
Би потянулась и побрела через террасу в холл. Там она остановилась, глядя на то место у подножия лестницы, где нашли тело Марии-Антуанетты Леконте, и пробежала рукой по деревянным перилам, как часто, наверное, делала Мария-Антуанетта.
— Мне так жаль, — прошептала она, — так жаль, что все так получилось и я никогда не знала вас.
Она пошла к себе в комнату, позвонила Нику и сказала, что прочла историю Джонни Леконте и просит его немедленно приехать.
Би ждала его на ступеньках, когда он приехал через полчаса.
Они сели рядом, рука об руку, на мраморных ступенях.
— Совсем как Джонни любил сидеть, — сказала она, печально улыбаясь. — Конечно же, это он рассказал мне эту историю, я очень хорошо вспомнила. Не понимаю, как я могла забыть. Он был очень живым рассказчиком и описал все в точности так, как рассказывал мне. Теперь я все вспомнила и могу рассказать дальше.
Джонни сказал, что в 1954 году арендовал маленький каменный домик в Сент-Пол-де-Венс, крошечной деревушке на холме за побережьем. Это было поселение художников, писателей, музыкантов — несерьезных людей, которые собирались по вечерам в кафе, чтобы поесть, выпить вина или сыграть в «петанк». Деревушка нисколько не изменилась за века своего существования. Там жили те же семьи, и уклад жизни был тем же. Он сказал, что они словно жили в прошлом, в эре невинности.
Джонни нарисовал сотню портретов Нэнни Бил, на которых она подрезала розы в саду, наливала чай в старинную коричневую чашку, сидела на своей тенистой террасе. Я помню, как он показывал их мне и объяснял, что это не были портреты в прямом смысле, он никогда не добивался фотографического сходства. Они, как однажды определила Малуйя, запечатлевали человека таким, каким он был в глубине души.
Джонни показывал мне рисунки деревенских женщин: морщинистые, обветренные на солнце и ветру лица, зоркие глаза щурятся против света, черные шарфы на волосах и белые фартуки поверх черных же платьев, большие крестьянские ноги в грубых башмаках. Каким-то образом он открывал взгляду их детскую невинность, как и у мужчин, проработавших на полях полвека. Он рисовал владельца кафе, его тучное тело над оцинкованной стойкой, его острый взгляд, проверяющий, на месте ли солонки и соусницы. Он писал священника, сидящего на старом деревянном стуле у ворот маленькой церкви. Руки его сложены на внушительном животе, ноги вытянуты, шляпа надвинута на глаза, а черная сутана колеблется на ветру.
Он рисовал десятки портретов Малуйи. Палитра его менялась: чистые краски Ривьеры становились более туманными, более экзотическими; силуэты приглушены вуалью цвета. Малуйя, расчесывающая свои черные волосы, которые закрывают ее лицо черным блестящим экраном; венок из цветов вокруг ее шеи, цветы ниспадали на грудь, едва намеченную кистью. Он рисовал ее худенькой обнаженной девочкой, плывущей в кристальной воде океана, словно в своей стихии, окруженной коралловыми рыбками.
Би взглянула на Ника, и он кивнул. Он знал эти рисунки: их знали все. Они висели в знаменитых музеях и картинных галереях мира.
— Он вложил свре сердце в эти рисунки Малуйи, — мечтательно сказала Би, — и говорил, что никогда не забудет ее. Он сказал, что ее любовь делала сносной его жизнь на Калани, и он не знает, любил ли кого-нибудь так же.
А потом в один прекрасный день он встретил Северин Жадо. Она приехала из Парижа, где жила со своей матерью. Она наблюдала за игрой деревенских мужчин в «петанк» и останавливалась рядом с ним посмотреть, как он работает. Она была высокой, с него ростом, и обладала гривой роскошных рыжих волос и утонченным личиком с мелкими веснушками и выразительными глазами. Он привел ее в кафе, и они разговорились.
Би улыбнулась, подумав об их первой встрече, представляя, какими они были молодыми и страстными.
— Они полюбили друг друга, — сказала она Нику. — И вместо того чтобы поехать в Париж, Северин переехала к нему. Он был без ума от нее и, конечно же, сразу повез к Нэнни Бил.
Пожилая леди выразила свои эмоции весьма сдержанно, потому что, на ее взгляд, ни одна женщина не была достаточно хороша для ее Джонни. Она угостила их чаем и имбирным пирогом и исподтишка наблюдала за Северин, оценивая ее манеры. Но Северин была образцом французской воспитанности, «хорошего тона». Даже Нэнни Бил не в чем было упрекнуть ее.
— Женись на ней, — шепнула она ему на ухо, когда они уезжали. — Это будет твоим самым разумным поступком в жизни.
Джонни только рассмеялся, но понимал, что она права, и сказал, что обязательно предложит Северин руку и сердце. Нэнни была свидетельницей на их свадьбе месяц спустя. Церемонию осветил тот же деревенский священник, чей портрет он нарисовал, в той же деревенской церкви. Свадебное торжество проходило в кафе, и пришли все жители деревни, художники, писатели, музыканты. Джонни рассказывал, что музыка и танцы не прекращались всю ночь и это был лучший праздник в его жизни.
Наступили шестидесятые годы. Ему было сорок, Северин было под тридцать. Они жили в маленьком каменном домике в Сент-Пол-де-Венс, но жизнь на Ривьере начала меняться. В моде была новая философия, и туристы валом валили в их уединенное место.
Нэнни Бил не довелось увидеть эту новую жизнь. Однажды весенним вечером она дочитала очередную главу романа ее любимого Чарльза Диккенса. Она положила очки на открытую страницу книги. Потом сладко уснула. И спокойно перешла в мир иной.
Ее коттедж остался таким, как прежде. Джонни сказал, что он должен оставаться таким же опрятным и уединенным, каким он помнил его. Этот коттедж должен был стать музеем, посвященным Нэнни Бил и ее жизни, отданной другим, ее простоте, безупречным манерам и ее доброте.
После того как она умерла, они с Северин переехала из Прованса. Они купили старую ферму в Бонно, окна которой выходили на лавандовые и кукурузные поля. Они были счастливы там. Он хотел только рисовать, но не умел делать на этом деньги и у него не было времени искать менеджеров. Если бы это было только его решением, он не прославился бы дальше Авиньона и Экса. Именно Северин повезла его работы в Париж и устроила выставку в престижной галерее. С тех пор как появился его первый портрет, прошло много времени, но его не забывали. А все эти уединенные годы дали возможность развиться его таланту. Портреты Малуйи и Нэнни Бил вызвали сенсацию.
После этого шумного успеха Джонни вдруг почувствовал себя обессиленным; Он сказал, что не может рисовать, ему нужно переменить жизнь. Это было во время выставки в Нью-Йорке. Люди шли к нему, им нравилось то, что он делает. Но он не мог жить в городе, поэтому они купили небольшое поместье в Беркшире. Мягкие золотистые глаза Би лучились теплом. Она вспоминала и рассказывала Нику:
— Вот тогда я и родилась. Двадцать восьмого июля 1968 года.
Они назвали меня Мари, в честь бабушки Леконте, и Лаурой, потому что красиво. Я была худенькой девочкой, в отца, и унаследовала рыжие волосы матери и ее мечтательные карие глаза. Каждое лето мы проводили в Ле Серизьер, на ферме в Провансе. Поэтому я одинаково хорошо говорила по-французски и по-английски.
А потом, когда мне было четырнадцать лет, отец повез меня в Коттедж Нэнни Бил. И на виллу «Мимоза». Она взяла Ника за руку и сказала:
— Мы с отцом вот так же сидели на ступенях, смотрели на это прекрасное море, и он рассказывал мне горькую историю своей жизни. Мы были так близки, так синхронны в чувствах, что я ощущала боль, которую он испытывал. Я чувствовала это так глубоко, словно это случилось со мной, словно я была тем ребенком, который сидел на ступеньках и, прижимая к груди Фидо, слушал пение птиц. Словно это мой маленький мир был разрушен так внезапно.
Слезы ползли по ее щекам, и Ник обнял ее:
— Успокойся, Би, все хорошо, любовь моя. Она кивнула, слезы упали на пол.
— Он сказал, что рассказывает мне это потому, что Нэнни была права, сказав, что однажды, когда я стану постарше, я приду требовать свою долю бабушкиного наследства. Если захочу.
Но я сказала ему, что не хочу этого. Деньги не волнуют меня. Однако я подумала, что ему нужно вернуть себе виллу.
— Она должна быть твоя, — сказала я ему. — Это место твоей мечты, твоего счастья. И бабушка Мария-Антуанетта наверняка захотела бы, чтобы мы жили здесь.


Джонни только улыбнулся и сказал, что это невозможно. «Давай не трогать лиха пока оно тихо. Иначе оно вновь вернется».
Би вытерла слезы и сказала:
— Вот так все и вышло. Он больше никогда не жил на вилле «Мимоза». Жизнь текла счастливо. Я была дочерью художника, но вела обычную жизнь и была обычным ребенком. Ну, знаешь, всякие там ясли, школы, потом колледж. — Она улыбнулась, вспоминая это. — Они не отправили меня в дорогую частную школу, потому что отец сказал, что не сможет надолго расстаться со мной.
— День, когда ты покинешь дом будет только днем твоей свадьбы, — сказал он. И маме пришлось немало обрабатывать его, прежде чем он отпустил меня в колледж. Я уехала в Вассар, это недалеко от нас, и могла приезжать домой на выходные. Как я любила возвращаться домой! Это было лучшее место в мире. Мой отец любил одиночество, оно было необходимо ему, чтобы рисовать. И наш дом был тихой обителью. Он всегда был на обочине сумасшедшей жизни.
Мне кажется, у них не было близких друзей: на них просто не хватало времени. Они были самодостаточны, понимаешь, идеальная пара. Им никто больше не нужен был.
— И у меня было нормальное детство, — продолжала Би. — Я даже не понимала, кто такой мой отец, пока учительница в школе не сказала, что он очень знаменит. Я очень удивилась. Ведь он был всего лишь моим папой.
Она замолчала, потом отняла руку у Ника и села, обхватив колени. Глаза ее были закрыты, лицо лишено выражения.
— Я не могу говорить о том, что случилось потом, — сказала она ровным голосом.
Ник обнял ее и стал нежно гладить ее короткие волосы.
Он знал, что было дальше. Об этом писали все газеты. Джонни и Северин Джонс ехали на открытие выставки последних работ художника в Вашингтонской картинной галерее, когда машина потеряла управление на скользкой дороге. Только четыре часа спустя полицейским удалось вытащить их из-под обломков. Они были мертвы.
— Если бы я мог чем-нибудь помочь!
— Ты не сможешь вернуть их мне.
— А что ты делала потом? — спросил Ник.
— Я приехала на ферму в Прованс. Там я вновь была дома.
— И? — спросил он.
— Дальше не знаю, — сказала она. — Я до сих пор не знаю, что случилось в овраге Митчел.
В комнату ворвались дети, топая босыми пятками, за ними неслась собака. Они внезапно остановились, глядя в заплаканное лицо Би огромными, испуганными глазами.
— Что случилось? — спросил Скотт, чувствуя, как сжалось его горло. «Нет, только не это», — подумал он в панике. Ведь Би не бросит их, правда?
Джули бросилась к ней. Она обвила ручонками шею Би.
— Не плачь, пожалуйста, не плачь, Би, — утешала она, сама заливаясь слезами. — Я все сделаю, я буду хорошей, я в комнате уберу и за Пушем буду вытирать лужицы. Толькр не плачь, пожалуйста, ведь я люблю тебя, Би, — рыдала она, вспоминая все свои страхи. — Не плачь, не бросай меня. Я хочу навсегда быть с тобой. Скотт подбежал и тоже крепко обвил руками Би. Они прижались к ней, как липучки, и Би невольно улыбнулась.
— Я тоже люблю вас, — прошептала она. — А теперь я расскажу вам про моих маму и папу и почему я плачу. И почему я так хорошо понимаю вас.
Прижав их к себе, она тихонько стала шептать им в ушки, как ее мама и папа погибли в автомобильной катастрофе, как и их родители.
— Я выросла, — сказала она тихо, глядя в глаза Нику, — и, кажется, могу справиться с этим горем. Но мне до сих пор трудно встречаться с людьми. Я хочу вновь оказаться в доме, где все были так счастливы, в доме, который мои родители так любили: на ферме в Провансе, Ле Серизьер. Я должна одна пережить это. И поплакать.
— Мы тоже переживаем и плачем, — сказал Скотти, вытирая слезы. — Мы долго плакали и плакали, но это не вернуло их нам назад, Би.
Она мягко погладила его по голове:
— Нет, милый, слезами их не вернешь. Это только такой способ сказать им, что мы их любим и всегда будем скучать по ним. Плакать — это хорошо, Скотти. Запомни это.
— Да, мне лучше становится, — сказала Джули. — Но я по-прежнему хочу, чтобы мама и папа были со мной.
— Я тоже, детка, — сказала Би, целуя ее поднятое к ней лицо. — Но посмотри на нас. Как нам повезло, что мы нашли друг друга. Теперь мы как целая новая семья. Конечно, я никогда не заменю вам настоящих маму и папу, но так и надо. Просто мы счастливы вместе, и нам хорошо.
— Значит, ты больше не будешь плакать? — подозрительно спросила Джули.
— Не знаю, может, и придется еще поплакать. Как и вам, — сказала она, улыбаясь. — Но помните: это хорошо. Это помогает нам чувствовать себя лучше и ближе к ним. Однажды, когда пройдет время, мы сможем вспомнить их без слез. И тогда мы снова будем переживать то счастливое время, когда они были с нами.
— А скоро так будет, Би? — спросила Джули.
— Надо подождать, детка, надо подождать. Вот увидишь, однажды ты улыбнешься и вспомнишь, что твоя мама говорила тебе.
— Да, так и будет, — сказал Ник сзади. Он взглянул на Би, и ей почудилась зависть в его взгляде. Она улыбнулась и притянула его к себе, тоже включая в новую семью.
— Что бы я без тебя делала? — сказала она.
— Надеюсь, ты никогда этого не узнаешь, — ответил он.
Скотт быстро взглянул на него, потом на Би. Прищурившись, он подозрительно посмотрел на них.
— А вы что, собрались пожениться? — спросил ов с широкой улыбкой.
— Ой, да, да, — сказала Джули, пританцовывая рядом с Ником. Ее слезы превратились в лучистую улыбку. — Ну, пожалуйста. Ник. Тогда у нас опять будут настоящие мама и папа.
— Это самое невероятное предложение руки и сердца, которое я слышал в жизни, — сказал Ник, напряженно глядя на Би.
— Ты хочешь сказать, мне нужно подождать, пока ты встанешь на колени? — спросила она с улыбкой. Ник улыбнулся, когда Скотт дернул его вниз.
— На колени, быстро, — уверенно шепнул он. Ник преклонил коленной дети тоже встали на колени рядом с ним.
— Дорогая Би Френч, Мария-Лаура Леконте. Окажите мне честь, будьте моей женой, — сказал Ник напыщенно, как только мог.
— Ой, пожалуйста, будь его женой, скажи да, да, да, да… — хором шептали дети. Би со смехом взглянула на них:
— Ну как я могу сказать «нет»?!
Джули заволновалась.
— Это означает «да»? — подозрительво спросила она его.
— Это означает «да», — сказала Би.
— Это от чистого сердца? — спросил Скотт.
— Да, от всего сердца.
— И ты всегда будешь с нами? — спросила Джули.
— Всегда.
— Это навсегда, Джули, — серьезно сказал Скотт, сжимая руку сестры.
— Это навсегда. Скотт.
— Ура! — завопили они, прыгая по комнате и опрокидывая стулья, и пес в восторге плясал вместе с ними, лая до изнеможения.
— Я не шутил, — сказал Ник серьезно, беря ее руку.
— И я тоже.
— Я люблю вас. Би-Мария-Лаура, — сказал он, целуя ее в губы.
— А я тебя, — шепнула она.
— Ой, они целуются, целуются… ух ты! — завопила Джули, смеясь от счастья.
— Теперь это наши новые мама и лапа, — сказал Скотт и, скользя по полу, помчался на кухню, чтобы сообщить Джасинте.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Тайна - Адлер Элизабет



Полный бред!
Тайна - Адлер ЭлизабетЕкатерина
19.10.2012, 22.13





Я не согласно с мнением Екатерины .... Роман просто потрясающий советую читать ....у меня просто нет слов.........очень понравилась
Тайна - Адлер ЭлизабетMalvina
30.11.2013, 23.16





Роман очень увлекательный!! Советую прочитать!!
Тайна - Адлер ЭлизабетМИЛА
4.04.2014, 1.58





если это любовный роман, то я пещерный человек... книга напряженная, полна переживаний как людей, так и душевнобольных психопатов... много жестокости... почитать, чтобы отдохнуть - это не про эту книгу... оставила очень тяжелое впечатление... негатива и в жизни хватает((( хотела расслабиться... не получилось
Тайна - Адлер ЭлизабетVera
17.05.2014, 22.55





Мне роман понравился,но бреда точно хватает.Психиатор,профессионал высочайшего класса не увидела психа,хотя он очевидно был психом.Это ладно.Её приятельница и пациентка,потерявшая память,совершенно явно интересует этого психа и не она,не супер детектив даже НЕ ПОЗВОНИЛИ девушке,чтобы она хотя бы опасалась.Детей оставляют с экономкой и она просто отдаёт детей первому встречному только потому,что он назвался другом семьи.И экономку за это даже не упрекнули.Фантастика.Такое впечатление,что "дурак дурака видит издалека" и поэтому они так дружненько сгруппировались.Хотя читать было интересно.Читатйте,позлитесь так же как я.:)
Тайна - Адлер ЭлизабетИрина.
21.05.2014, 22.34





Перечитывала этот роман несколько раз, очень интересный, увлекательный.
Тайна - Адлер ЭлизабетАнюта
31.07.2014, 15.45





Нудятина!
Тайна - Адлер Элизабетнастя
3.08.2014, 11.44





Как по мне слишком много убийств(больше 10). Читала книгу по диагонали. Странный сюжет. Ну 7...
Тайна - Адлер ЭлизабетРита
11.07.2015, 17.06





роман неплохой уж точно не дешевый мне понравился хотя любовным не назовешь
Тайна - Адлер Элизабетгодива
9.10.2015, 5.51








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100