Читать онлайн Опрометчивость, автора - Адлер Элизабет, Раздел - ГЛАВА 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Опрометчивость - Адлер Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.27 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Опрометчивость - Адлер Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Опрометчивость - Адлер Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Адлер Элизабет

Опрометчивость

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 19

Нью-Йорк в июне – не самое привлекательное местечко, но, подумала Олимпи, эту жертву все же стоит принести. Она покинула кондиционированный уют своего лимузина и прошла в фойе с контролируемым климатом отеля «Хэлмсли-Палас» на Мэдисон-авеню, оценивающе оглядываясь вокруг. Что ж, во всяком случае, отель принадлежал к числу хороших: это вы всегда можете определить по цветам или типу людей, с которыми сталкиваешься в фойе. Она быстро огляделась и поднялась в свои апартаменты на десятом этаже. Здесь уже стояли фрукты и цветы – знак уважения от администрации. Подняв трубку, она позвонила в бюро обслуживания и распорядилась принести большую, очень сильно охлажденную бутылку минеральной воды «Перье» и сэндвич. Олимпи никогда ничего не пила и не ела в самолетах, даже в «конкордах», от этого происходит обезвоживание организма и пучит в животе. Поэтому она предпочитала голодать в дороге. Сбросив туфли, она устроилась на кровати, набрала номер оператора и велела соединить ее с городской линией. Раскрыв записную книжку на «М», она набрала номер Фитца МакБейна. Это был номер его частного аппарата, ответить мог только он сам. Трубку так никто и не поднял.
О, дьявол, может быть, его нет в городе? Определенно, это не так. Он упоминал ей, что должен из-за дел быть в Нью-Йорке большую часть июня и планирует попасть в Европу позднее, в конце лета. Олимпи надеялась, что играет правильно – ошибка может стоить ей слишком дорого. Она примет душ и сделает еще одну попытку.
Тридцать минут спустя, освеженная душем, подкрепившись сэндвичем, она снова позвонила по его номеру. Фитц ответил немедленно. Если он и был поражен, услышав ее голос, то никак не проявил этого, и когда через пять минут Олимпи опустила трубку, у них уже была договоренность поужинать вместе у «Ле Кирку» в восемь тридцать сегодня вечером.


Фитц сидел напротив Олимпи за удаленным угловым столиком, в то время как официанты вокруг них выделывали свои балетные номера, представляя на его одобрение бутылки с вином, поднося спичку к его сигарете и размахивая меню. Олимпи предоставила ему сделать выбор.
– Я правильно сделал, что заказал столик здесь? – сказал он, – я полагал, что это место тебе понравится.
– Тут восхитительно, Фитц. Все очень мило, и обслуживание, и… тут очень интимно.
Фитц отхлебнул из своего стакана виски со льдом. Он не любил пить виски до вина, но Олимпи попросила «кампари», так что ему нужно было что-то взять и себе.
– Никогда не думал об этом заведении как об интимном, Олимпи.
– Конечно, здесь очень интимно. Взгляни на них. Олимпи указала кончиком сигареты на посетителей за другими столиками, раскланивающихся со знакомыми или с теми, кого хотели бы узнать получше.
– Они создают интимную обстановку для таких, как мы, кто пришел сюда поужинать вдвоем. Они нас даже вряд ли замечают.
Фитц засмеялся ее перевернутой логике.
– Полагаю, ты права, хотя, как мне кажется, ты сама принадлежишь к людям такого же типа.
Олимпи выдала ему одну из своих самых серьезных улыбок.
– Только когда меня к этому вынуждают обстоятельства, Фитц, не иначе. Для меня нет ничего более приятного, чем ужинать наедине с каким-нибудь милым человеком, с кем-нибудь, кто мне нравится. За исключением, может быть…
Она рассмеялась, весело размахивая сигаретой, которую, казалось, она больше использовала именно для этого.
– Ах, мой дорогой Фитц, не знаю, приходилось ли тебе когда-нибудь иметь дело с такой француженкой, которую можно было бы понять однозначно?
– Раньше, чем принесут закуску, определенно нет, – ответил Фитц, когда появился официант со спаржей для нее и копченой лососиной для него. Он впервые чувствовал себя хорошо за многие недели, и это напомнило ему о том времени, когда он был с Олимпи на вечеринке у Бендора на Бермудах. Он тогда тоже наслаждался ее обществом, у нее была счастливая способность делать так, чтобы мужчина чувствовал себя с ней легко, ее флирт был прямолинеен, без тех игр, в которые играла Раймунда. Но она не Венеция, подумал он с неожиданной болью. И хорошо, что так! Положив ломтик лососины на кусочек черного хлеба, он предложил его Олимпи. Вместо того, чтобы взять его пальцами, она наклонилась вперед и взяла его ртом, нежно коснувшись своим розовым язычком его пальцев.
– Очень вкусно, – сказала она. – Должна признаться, Фитц МакБейн, я обожаю хорошую еду. Это одна из моих слабостей.
Фитц не стал спрашивать, каковы остальные. Вместо этого он осведомился:
– Как Бени?
Олимпи доела последний стебелек спаржи, прежде чем ответить. Потом аккуратно вытерла свой ярко накрашенный рот салфеткой.
– С ним все хорошо. Он сейчас в Австралии, это не то место, которое мне нравится. Все эти овцеводы, дорогой, непрерывно пьют свое пиво. Бедняжка Бени! Боюсь, дорогой, что он пристрастится к пиву, ты понимаешь… – Она с неприязнью передернула плечами. – Надеюсь, Фитц, ты не пьешь пива?
Фитц улыбнулся.
– Будет учтено. Не забывай, что я вырос в самых захолустных местах Техаса. Так что ты говоришь с диким, необузданным и грубым выходцем оттуда.
– В самом деле?
И как это она умеет так много сказать одними глазами? Фитц был очарован. Если Олимпи намеревалась пленить его своим флиртом, то она добилась успеха.
– Что привело тебя в Нью-Йорк? – спросил он, когда официант сменил блюда.
– О! Покупки: И… любопытство.
– Что же такого может купить француженка в Нью-Йорке, чего она не сумела бы найти в Париже?
– Ну, тогда, возможно, лишь любопытство. Фитц, улыбнувшись, наклонился с ней.
– И к чему именно любопытство?
– Среди прочего, как выглядит квартира такого необузданного и грубого техасца.


Обнаженная Олимпи была так же прекрасна, как и в одежде – большая редкость среди женщин из мира моды, насколько это знал Фитц.
Ее тело мог бы выпустить только Роллс-Ройс, и она изумляла его своей наготой и своими грешными, смеющимися глазами. Из-за этих-то глаз она ему особенно и нравилась; они выдавали ее греховность, но разве это плохо? И почему бы им не грешить вместе? И они грешили, ох, как они грешили! Олимпи соблазняла его так прекрасно и захватывающе, как только могла это делать женщина, дразнила его, а потом отступала, оставляя доведенного до каления, пока он больше не мог терпеть. И вот он сграбастал ее, вошел в это хорошо настроенное тело, в то время как она, отдаваясь, шептала ему слова страсти. А потом она лежала, опираясь на подушки, лениво курила сигарету и улыбалась ему своей озорной, немного кошачьей улыбкой. Она выглядела элегантной, хорошо владеющей собой и готовой ко всему, что он может предложить. Фитц не мог понять, как это все ей удается, но не могло быть ни малейшего сомнения, что она была женщиной его типа.
– Как тебе нравится Средиземноморье в это время года? – спросил он.


Теплые, сине-черные ночи доводили Венецию до бешенства. Они были даже хуже, чем жаркие солнечные дни с мягким бризом, который дразнил ее обнаженное тело, когда она загорала, лежа на задней палубе «Фиесты». Одна. Она должна вернуться в Англию, она знала, что должна. Вернувшись домой, она не будет ощущать себя так… так физически! Со вздохом Венеция села в постели. Это было не очень хорошо для нее, быть здесь все время одной – рядом не было даже Кэт, не с кем было поговорить, а ее письма, хоть и очень длинные, все же не то, что разговор по душам. И она должна была сказать Моргану, что определенно не выйдет за него замуж, хотя она честно старалась. Он просто отказался принять ее отказ. Он приходил повидать ее каждую неделю или около того, когда только мог. А однажды он даже пришел с Фитцем.
Они прибыли нежданно, но она поняла, что Фитц на борту, по тому, как реагировала команда – когда Фитц появлялся, все вокруг начинало бурлить и кипеть. Морган сунул голову в ее камбуз, чтобы поздороваться и попросить ее поужинать с ними, но она ответила, что как шеф-повар она рада работать лишь за свое жалованье. Она не могла встретиться с Фитцем лицом к лицу в присутствии Моргана. Она должна была держаться подальше от салона.
Позднее, после ужина, она видела, как отец и сын вместе расхаживали по палубе, обсуждая встречу, которая предстояла им при поездке в Каракас. Она знала, что они должны отбыть рано утром, и она встанет с рассветом в надежде, что Фитц может зайти повидаться с ней, что он еще чувствует то же, что чувствует она.
Она держала кружку с кофе в руке, стоя на палубе и наблюдая за восходом солнца, когда появился Фитц. Он уже был одет в безукоризненный бежевый костюм. Его густые темные волосы, еще влажные после душа, были хорошо причесаны. Узел галстука был чуть приспущен, а верхняя пуговка голубой рубашки расстегнута. Она ощущала свежий цитрусовый аромат его лосьона после бритья. Он не улыбнулся, просто взглянул на нее, вначале пристально, а потом отвернулся и стал смотреть на берег. «Чудесное утро, Венеция», – сказал он равнодушно. Она судорожно сжала кружку с кофе, не в силах вымолвить ни слова. Потом он снова обернулся к ней и спросил: «Ну, как ты, Венни?» Этот его взгляд всегда озадачивал ее, даже сейчас. Она могла думать о нем бесконечно. Он глядел на нее так, словно выставил неодолимое препятствие их общим воспоминаниям, так смотрят на нового, совсем незнакомого человека. И она выпалила, обнаружив перед ним все свои чувства: «Я скучала по тебе, Фитц». Выражение его лица мгновенно изменилось, на нем снова появилась маска, вежливая, улыбающаяся, формальная маска. «Тебе здесь слишком одиноко, – сказал он, – но я намерен занять тебя последующие несколько недель. Я пригласил несколько друзей остановиться на «Фиесте». Их будет около дюжины. Ты не будешь скучать в окружении молодежи. Морган пробудет здесь тоже некоторое время. Полагаю, вам обоим станет немного веселее». Он взглянул на свои часы. «Уже пять тридцать, – сказал он, нахмурившись, – нам пора. Я уверен, что Морган выйдет, чтобы попрощаться с тобой». Она беспомощно смотрела на него, все еще держа в руке кофе. «Ах, да, Венеция, еще одна вещь… чуть не забыл… – Ее сердце замерло, он собирается сказать ей, что не забыл ту ночь, не забыл ее после всего… – Я не забыл свое обещание заглянуть в финансовые дела Дженни. Я дам тебе знать сразу, как только получу какую-либо определенную информацию».
Она поблагодарила его, стараясь, чтобы ее голос не дрожал, а затем на палубе появился Морган. Он тепло поздоровался с ней, и момент был упущен.
Лишь один раз за два месяца она видела Фитца, но все еще как в западне чувствовала себя на «Фиесте», словно муха на кончике липкой ленты, привязанная к нему.
Ей стало немного легче, когда это прекрасное судно наполнилось гостями. Она была занята даже больше, чем это могла себе представить. Ее радовало, что друзья Фитца были молоды и веселы, с тем американским открытым дружелюбием, какое позволяло ей чувствовать себя одной из них. Но теперь наступил момент истины. Вчера капитан сообщил ей, что «Фиеста» должна отправиться в Средиземное море на все лето. Он будет счастлив, если она останется на «Фиесте» еще на один квартал, но, конечно, вполне понимает, если она предпочтет что-то другое. Ей будет заказан полет или в Лондон, или в Ниццу, в зависимости от ее решения.
Венни сидела на кровати, обхватив руками колени, и глядела в мягкую темноту. Конечно, она должна уехать, он достаточно ясно дал ей понять, когда прощался, что забыл о той ночи, и она тоже должна забыть. Но может ли она забыть?
Она слезла с кровати, надела халат и вышла на палубу. В этот ночной час воздух стал немного прохладнее. Венни поколебалась момент, а затем скользнула вдоль палубы вниз в каюткомпанию. Все, кроме ночной вахты на мостике, спали, и она, никем не замеченная, пробралась к хозяйской каюте. Закрыв за собой дверь, она прошла в ванную, сняла флакон с лосьоном после бритья, которым пользовался Фитц, и растерла несколько капель на своем горле, между грудей. Затем немного больше на животе и бедрах. Вернувшись в каюту, она сбросила на пол халат и скользнула между простыней на кровать Фитца. Прижав к себе его подушку, вдыхая запах его одеколона, воображая, что он сейчас рядом с ней. Она так делала уже не в первый раз; это давало ей возможность ощутить себя рядом с ним…


Яркий солнечный свет на следующее утро заставил Венецию вернуться к реальности, напомнил, что она должна принять решение, и она знала, каким оно будет. Она не могла нести этот груз жизни в заточении и дальше. Фитц явно не хотел больше ничего иметь с ней. Она должна уехать домой. Но сначала ей надо внести ясность в отношения с Морганом. Сказать ему правду, чтобы порвать между ними всякие связи. Так было честнее, и уж дело Моргана смириться с этим. Они оба должны быть свободны. Но она не могла ждать, когда увидит его, она ему напишет.
Письмо от Индии дало отсрочку или оправдание отсрочки. Она узнала, что Индия выходит замуж за чудесного итальянского графа по имени Альдо и что она счастлива и собирается жить в палаццо на Средиземном море. Это известие впервые принесло Венни ощущение неподдельной радости, которой она давным-давно не испытывала. Наконец-то хоть одна из дочерей Дженни обрела себя, думала она, перечитывая корявые американские каракули Индии. Она и Парис станут подружками невесты. Церемония бракосочетания состоится в деревенской церкви в Марина ди Монтефьоре.
И стало соблазнительно легко сказать себе, что, поскольку Марина ди Монтефьоре находится на Средиземном море и ей в любом случае предстоит отправиться туда, она с таким же успехом может остаться на лето на «Фиесте». В конце концов, почему бы не попытаться использовать еще один шанс…




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Опрометчивость - Адлер Элизабет



бред
Опрометчивость - Адлер Элизабетлюдмила
30.06.2012, 17.17





Не могу согласиться со столь категоричной оценкой моей тезки. Думаю, роман реалистичен, просто эту реальность нам тяжело воспринять из-за разницы менталитетов, если можно так выразиться. Впрочем, многие моменты - любовь, предательство, жажда наживы и пр. - вполне интернациональны.
Опрометчивость - Адлер ЭлизабетЛюдмила
2.04.2015, 22.51








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100