Читать онлайн Наследницы, автора - Адлер Элизабет, Раздел - Глава 28 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Наследницы - Адлер Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.82 (Голосов: 77)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Наследницы - Адлер Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Наследницы - Адлер Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Адлер Элизабет

Наследницы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 28

Спустя несколько недель лорд Маунтджой сидел в библиотеке, потягивая свой ежевечерний стаканчик виски «Макаллан» и слушая шум, которым был наполнен дом. Громко играла пластинка, одна из девочек подпевала ей; две другие спорили; двери хлопали; телефон звонил так же бесконечно, как и все предыдущие дни, и всегда звонок предназначался для одной из девочек. Маунтджой-Хаус был снова полон смеха, а иногда и слез, приходов и уходов, импровизированных вечеринок после театра. На пороге постоянно появлялись молодые люди, и лорд Маунтджой всегда бросал на них быстрый, но внимательный взгляд, прежде чем они забирали его девочек в театр, конечно, всегда в группе, так как им не позволялось выезжать с каким-нибудь одним мужчиной. За исключением, возможно, ленча, и только с тем мужчиной, в котором Софи была абсолютно уверена. Изредка им позволялось ходить в ночные клубы, но всегда в компании других, и каждый раз лорд Маунтджой звонил туда, чтобы быть уверенным, что главный официант «Парижского кафе», или «Сирано», или любого другого кафе под глупым названием мог напомнить сопровождающим, что девочкам пора домой.
Сегодня намечалось большое событие: представление при дворе. Лорд Маунтджой посмотрел на стоявшее на каминной доске приглашение: «По поручению их королевских величеств управляющий двором приглашает леди Софи Маунтджой, мисс Анжу, Лауру и Элоиз Маунтджой в Букингемский дворец. Леди: парадные платья с перьями и шлейфами. Джентльмены: полная парадная форма».
Старый лорд немного обеспокоился, но Софи заверила его, что она все предусмотрела и что девочки каждый день практикуются, как приседать в глубоком реверансе и как носить платья с длинными шлейфами.
В восемь часов лорд Маунтджой был уже одет. На нем была парадная гвардейская форма с чрезвычайно тесными белыми бриджами из оленьей кожи, которые он долго натягивал на себя с помощью камердинера; высокие кожаные ботинки, отполированные до зеркального блеска; хорошо сшитый мундир алого цвета с высоким воротником, золотые эполеты и пуговицы с золотыми шнурами и воинскими знаками отличия. Белые перчатки с крагами и украшенный кисточкой позолоченный шлем были приготовлены в холле, и его решимость вынести все неудобства ради девочек только окрепла.
Он знал, что еще слишком рано, что презентация начнется в половине десятого, но получал истинное удовольствие, прислушиваясь к суете наверху, где наряжались девочки. Он был уверен, что так же, как и во время бала, они не подведут его.
Потягивая виски, лорд Маунтджой удовлетворенно думал, что его девочки стали очень популярны в Лондоне: их приглашали на обеды и танцы, в загородные дома на уикэнды, где, как он слышал, Ханичайл приобрела известность, обучая других гостей игре в карты; она и Лаура сразили всех своим умением бесстрашно скакать на лошадях; а кокетливая Анжу всегда выглядела потрясающе красивой. О девочках Маунтджой постоянно писали в колонках светских новостей в «Дейли экспресс», «Мейл» и в сенсационных статьях в «Татлере» и «Байстендере». Они спешили с одного светского мероприятия на другое, забегая домой только для того, чтобы переодеться, а он со стороны наблюдал за их активной деятельностью.
Во всяком случае, думал он счастливо, Маунтджой-Хаус, насколько он мог вспомнить, уже многие годы не был таким оживленным; пожалуй, с той самой поры, когда он был мальчиком и его родители постоянно приглашали в дом гостей, давая грандиозные обеды и устраивая танцы, на которых сверкали диадемы и которые обслуживали собственные лакеи, а не приглашенные на один вечер, как это сделал он в день бала. Времена менялись, и старик Маунтджой признавал это; спасибо Господу, который благодаря его девочкам дал ему возможность измениться самому, а не просто постепенно исчезнуть, старому, сварливому и одинокому, доживавшему свою жизнь, чтобы быть погребенным в семейном склепе вместе с другими членами семьи.
Тетя Софи ворвалась в комнату, больше похожая на старую королеву в своем кружевном платье цвета беж, с перекинутым через руку шлейфом, расшитым золотой нитью.
— Ты хорошо выглядишь, Уильям, — одобрительно заметила она. — Мне всегда нравились мужчины в придворном наряде. Он хорошо подчеркивает фигуру, а тебе удалось сохранить ее, несмотря на возраст.
— Спасибо, Софи, — ответил лорд Маунтджой, — но меня не покидает чувство, что я немного староват для таких тесных бриджей. Помнится, когда я был молодым, даже бесконечные их примерки доставляли мне удовольствие. Полагаю, что тогда я был немного похож на павлина, как эти молодые люди, которые сейчас выводят в свет наших девочек. — Он оглядел леди Софи и с восхищением заметил: — Однако и ты потрясающе выглядишь. Действительно, просто потрясающе.
— Спасибо, Уильям. — Леди Софи поправила свою бриллиантовую диадему, затем, наклонив голову, внимательно осмотрела драгоценные украшения на своей огромной груди и сказала: — Девочки будут здесь с минуты на минуту.
Лорд Маунтджой, как всегда, взглянул на позолоченные часы с херувимом, решив, что девушки опять опаздывают, но они не опоздали.
— А вот и вы, — сказал он, довольный, наблюдая, как девушки Маунтджой в своих атласных платьях, перекинув через руки шлейфы, медленно входят в дверь.
На них были длинные лайковые перчатки, их прически украшали перья. На каждой была короткая нитка жемчуга и такие же серьги, которые лорд Маунтджой купил им специально для такого торжества, так как молодым девушкам в таких случаях запрещалось носить драгоценные ювелирные украшения; и у каждой в руках были маленькие букетики из ландышей и крошечных позолоченных розочек.
— Хорошо сработано, скажу я вам, — заметил старый граф, просияв. — Вы выглядите, — он запнулся, подбирая подходящее слово, — ослепительно. Да, именно так — ослепительно.
— Надеюсь, что мы не опозорим себя, запутавшись в наших шлейфах или упав во время реверанса, — сказала Лаура, рассмеявшись над самой идеей. — Все это заставляет нас нервничать.
— Не надо нервничать, — прогудел лорд. — Молодая королева очень симпатичная, а король — хороший парень и очень добрый. Я знаком с ними много лет.
— Пора ехать, — вмешалась тетя Софи. — За мной, девочки.
Слуги выстроились в шеренгу, чтобы проводить их. Девочки, восторженно улыбаясь, помахали им руками и сели в ожидавший их «роллс», который помчал их по Керзон-стрит, через Мейфэр к Сент-Джеймсскому парку и Пэлл-Мэлл.
На всех улицах были пробки из-за потока машин, в которых сидели дебютантки, направлявшиеся во дворец. Тротуары были заполнены зеваками, жадно заглядывающими в окна автомобилей. «Словно едет сама королева», — сказала Лаура, удивленная и немного смущенная таким вниманием. Но Анжу все это нравилось: она в ответ улыбалась и даже махала рукой, пока тетя Софи строго не приказала ей перестать вести себя так. И наконец они приехали.
«Роллс» въехал в дворцовый двор, где стояли на страже лейб-гвардейцы в своих живописных красных костюмах. Когда девушки вошли в огромные двери Букингемского дворца, Ханичайл подумала об Элизе и об отце. Он наверняка видит ее с небес, и она знала, что он гордится ею.
Девушки заняли свои места в тронном зале и огляделись, улыбаясь знакомым лицам. Громко играл военный оркестр, а в дальнем конце зала стояли два трона, увенчанные красным балдахином, в ожидании короля и королевы. Помимо девушек, приехавших на презентацию, и их семей, в зале присутствовали дипломаты, представители военных и военно-морских сил в полной парадной форме и с женами.
Зазвучала барабанная дробь, и все встали, когда заиграли национальный гимн. Лаура толкнула локтем Ханичайл — в зал вошли молодые король Георг и королева Елизавета в окружении других членов королевской семьи и придворных дам. Когда наступила очередь девушек Маунтджой, они, ведомые тетей Софи, предстали перед троном, как можно грациознее откинув шлейфы и присев в глубоком реверансе.
Им представилась короткая возможность увидеть приветливую улыбку королевы и ее красивое кремовое кружевное платье, а также подумать, каким добрым выглядит король, каким обворожительным в красной с золотом форме фельдмаршала.
Когда презентация закончилась, подали канапе и прохладительные напитки, и лорд Маунтджой с удовольствием представил своих племянниц старым друзьям и знакомым, которые говорили ему, что он счастливый человек, а девушки Маунтджой самые красивые. Вместе со всеми они походили по Букингемскому дворцу, восхищаясь предметами искусства и картинами, хотя Анжу восхищали только мужчины, которые, по ее мнению, выглядели очень сексуально в узких штанах из оленьей кожи.
Подъехавшая машина отвезла девушек Маунтджой на Пиккадилли в королевское фотоателье, где они увидели оживленных девушек, ожидавших своей очереди сфотографироваться. Они пили кофе и возбужденно болтали о том, как все происходило, как они чуть не упали, приседая в реверансе. Когда подошла их очередь, девушки сфотографировались сначала по одной, затем все вместе, потом каждая с тетей Софи и снова все вместе с тетей Софи.
Когда суровое испытание закончилось, они вернулись в Маунтджой-Хаус, где был накрыт ужин с шампанским, которое, как сказал лорд Маунтджой, они определенно заслужили.
Анжу была довольна королевской презентацией, но ей наскучили всякие общественные мероприятия. Сгорая от возбуждения, она нашла выход из положения: она воспользуется своим старым способом — побегом.
Время от времени после возвращения из театра или с танцев она, пожелав спокойной ночи лорду Маунтджою, который всегда их дожидался, незаметно пробиралась по коридору к служебной лестнице в задней части дома и выходила в аллею, где ее обычно ждал молодой человек. Ее хорошо знали в кафе на Лестер-сквер или в «Парижском кафе» на Нью-Ковентри-стрит.
Лаура предупреждала ее, что она быстро потеряет свою репутацию, но Анжу только пожимала плечами и говорила, что это все пустые разговоры, что не является единственной дебютанткой в ночных клубах и что если бы у них была хоть капля мужества, то они бы пошли и посмотрели сами вместо того, чтобы набрасываться на нее.
Лаура только качала головой: сейчас она знала, что спорить с Анжу бесполезно. Она не понимала скуки и беззаботности Анжу и ее тяги к сомнительным развлечениям. Анжу нравилось то, что строго запрещалось.
Сейчас ей нравились загородные приемы, потому что они давали ей возможность вдоволь повеселиться; она была достаточно умной, чтобы не связываться с молодыми людьми, желавшими затащить ее в постель; спать с женатым мужчиной было гораздо безопаснее, так как он никому ничего не расскажет, и более возбуждающе, потому что это было вдвойне запрещено, а также и потому, что женатые были более опытными, а Анжу любила заниматься любовью. Ей также нравилось дразнить других: она как могла кокетничала с приятелями других девушек; смеялась, когда они, попавшись на крючок, бросали своих девушек и начинали волочиться за ней.
— Почему ты это делаешь? — спросила ее Лаура. — Почему ты так плохо ведешь себя? Ты без всякой на то причины разбиваешь людские сердца.
— О Господи, это просто игра, — беззаботно отвечала Анжу. — И кроме того, какой от этого может быть вред?
— Анжу всегда хочет того, чего она иметь не может, — сказала как-то Лаура Ханичайл в Сакстон-Моубри. После прогулки верхом они возвращались обратно. — Клянусь, что не могу понять, почему она такая плохая, но хорошо, что дядя Маунтджой и тетя Софи не знают правды о ее проделках. Дядя думает, что она само совершенство, «такая красивая, такая очаровательная, такая ласковая», говорит он. Фу, — сердито фыркнула Лаура, — как же плохо он ее знает. Я ничуть не удивлюсь, если она попытается соблазнить Билли только для того, чтобы свести меня с ума. Свернув за угол, они увидели Анжу, выходившую из конюшни. Билли шел позади нее.
— Боже милостивый! — воскликнула Лаура. — Что она здесь делает? Анжу ненавидит лошадей. Она никогда близко не подходила к конюшням.
Анжу посмотрела на Лауру с хитрой улыбкой и начала нарочито оправлять юбку. Лаура с подозрением взглянула на нее, а затем на Билли. Тот пожал плечами и помог Лауре спешиться.
— Я просто приехала посмотреть, чем вы тут занимаетесь вдали от ястребиного взгляда тети Софи, — сказала Анжу сладким голосом, стараясь выглядеть как можно невиннее.
Может, внешне она и выглядела невинно, но внутри у нее все кипело. В действительности она не находила Билли привлекательным, но сделала попытку соблазнить его, чтобы доказать свое превосходство над Лаурой. Она подкралась к нему в конюшне, когда он чистил своего нового жеребенка.
— Это настоящая любовь всей твоей жизни? — спросила она и, когда Билли обернулся и удивленно посмотрел на нее, обняла его и поцеловала. — Или, возможно, ею могу стать я?
Билли рассмеялся.
— Боюсь, что ты не в моем в-в-вкусе, — сказал он, и Анжу отпрянула, недовольно надув губки.
Она не привыкла к тому, чтобы ее отвергали, особенно мужчины, которых она считала непривлекательными. Разозлившись, она сказала себе, что найдется с полдюжины мужчин, которые захотят жениться на ней, стоит только поманить их пальцем. Она поклялась себе, что когда-нибудь приберет Билли к рукам. А пока снова приедет Камилла Стонтон, и опять без мужа, а с ней и его «подмена» — Гарри. Возможно, ей все же удастся поразвлечься сегодня вечером.
— Что замышляет Анжу? — с подозрением спросила Лаура у Билли.
— Ничего особенного. Она приехала посмотреть на жеребенка. Ты знаешь, Анжу безвредная, просто ей нравится дразнить людей, вот и все. Она умеет мутить воду, чтобы ссорить вас, девушек.
— Определенно умеет, — согласилась Лаура. Ханичайл оставила их одних, и Лаура наблюдала, как она шла по дорожке к дому. Голова ее была опущена, и она выглядела такой печальной и одинокой, что Лаура, волнуясь, спросила Билли:
— Что случилось с Алексом Скоттом? Ханичайл не получила от него никаких известий, а я знаю, что он вернулся в Лондон, так как сама его видела: один раз в театре, второй — прогуливающимся по Сент-Джеймсу. Она клянется, что он любит ее, но мне кажется, что он избегает ее.
— Говорят, что Алекс всегда так поступает: сначала любит, потом бросает. Это стало его правилом. Но почему он выбрал Ханичайл, я не понимаю. Обычно он имеет дело с женщинами постарше и более опытными. Бедная девочка, — сочувственно добавил Билли. — Надо подумать, с кем можно ее познакомить, чтобы она выбросила Алекса из головы.
— Ты можешь попытаться, — сказала Лаура, целуя его и думая, какой же он чудесный мужчина. — Но мне почему-то кажется, что она никогда не сможет забыть его.
Однако в тот же вечер Билли за обедом усадил Ханичайл рядом со своим старым другом. Чарлз Маршалл был американцем и прямой противоположностью Алексу. Он развлекал Ханичайл и даже обыграл в триктрак.
— Совсем как Алекс, — печально заметила Ханичайл, подумав, увидит ли его снова.
Камилла Стонтон не спускала глаз с Анжу, игравшей в триктрак с Гарри; она сразу распознала в ней хищницу. Вместо того чтобы уделять ей внимание, потому что именно она пригласила его в Сакстон-Моубри, двери которого без нее были бы для Гарри закрыты, он проводил время с Анжу.
Тридцатисемилетняя Камилла была светловолосой и привлекательной. Ее пятидесятилетний муж, человек военный, часто уезжал на уик-энд по служебным делам. В своей замужней жизни она рано научилась искать на стороне развлечений, удовлетворения своей страсти, и Гарри определенно был не первым ее любовником, но на данный момент единственным, и она не собиралась отдавать его Анжу.
Сейчас они сидели у окна, пили шампанское, и Камилле казалось, что они больше разговаривают, чем играют в триктрак. Она приблизилась к парочке и многозначительно сказала:
— Спокойной ночи, Анжу. Спокойной ночи, Гарри, дорогой. Уже поздно, и я хочу спать. Пойду лягу.
Гарри поднялся.
— Спокойной ночи, Камилла. Приятных сновидений, — пожелал он, быстро ткнувшись губами в ее щеку.
Анжу улыбнулась, когда Камилла снова многозначительно посмотрела на Гарри: она поняла, что они обменялись намеками. Она смотрела ей вслед, и когда Камилла бросила на них взгляд через плечо, Анжу рассмеялась.
— Время спать, Гарри, — сказала она волнующим голосом. Затем притворно зевнула, прикрывая хорошенький ротик рукой. — Пожалуй, я тоже отправлюсь спать вслед за Камиллой. Желаю тебе спокойной ночи.
Гарри наклонился к ней и прошептал:
— Но Камилла будет ждать меня, а ты — нет.
— Откуда ты знаешь? — промурлыкала Анжу, одарив Гарри соблазнительной улыбкой. — Конечно, если не попытаешься выяснить, — добавила она и ушла.
Анжу влекло к Гарри, несмотря на то что у него не было денег и его нельзя было назвать хорошим человеком. Маленькое развлечение — это все, чего она хотела, о чем и дала ему ясно понять, когда через полчаса он тихо постучал в ее дверь и, войдя в комнату, сразу обнял ее. На ней была атласная ночная рубашка, которая, естественно, не была выбором тети Софи: с разрезами по бокам до талии и спереди чуть ли не до самого пупка. Анжу недолго оставалась в ней, так как Гарри был нетерпеливым любовником.
— Я ждал этого момента с того самого дня, когда познакомился с тобой, — шептал он ей на ухо, лежа в постели. — Я знал, что это всего лишь вопрос времени, потому что мы очень похожи, ты и я. Вот почему я даже могу полюбить тебя, если ты дашь мне хотя бы полшанса.
Анжу накрыла его рот своей рукой.
— Никакой любви, — сказала она, хорошо понимая, что у Гарри на уме одни только деньги Маунтджоя, впрочем, как и у нее. — Давай-ка лучше займемся сексом.
Гарри был опытным любовником: как-никак у него за плечами годы практики. И он так же, как и Анжу, умел быстро исчезать. Никто даже не заподозрил, что он был в ее комнате, за исключением, конечно, Камиллы. Она с тех пор больше никогда не разговаривала с Гарри, но быстро разнесла по всему Лондону, что знает о факте, которым юная Анжу позорит своего двоюродного деда, и что она не так хороша, как кажется. Вернувшись на следующей неделе в город, Анжу пошла в театр вместе с Ханичайл и Лаурой. Билли и его американский друг Чарлз Маршалл сопровождали их, а в эскорте Анжу был Лори Фостер, младший сын герцога. Анжу была довольна: он был привлекательным, веселым, и после театра они собирались провести время в «Парижском кафе». Но тут она увидела Алекса Скотта, сидевшего в партере в нескольких рядах от них.
Анжу посмотрела на Ханичайл. Та тоже заметила Алекса и выглядела так, словно наступил конец света, потому что человек, в которого она влюбилась, был с другой и даже ни разу не позвонил ей со дня приема у Билли.
— Уж не Алекс ли Скотт там сидит, Ханичайл? — спросила Анжу невинным голосом. — Интересно, с кем это он? Она очень красива, тебе не кажется?
Лаура предостерегающе посмотрела на Анжу, но уже было поздно.
— Он с Джиной Маттео, — ответил Билли. — Они старые друзья еще по Италии.
Ханичайл печально подумала: что она сделала? Что она такого сказала, что Алекс больше не захотел видеться с ней? Какое-то время он был любящим и внимательным, а затем неожиданно исчез из ее жизни. Она старалась не смотреть на Алекса с Джиной, когда после представления они поднялись со своих мест. Ханичайл старалась выглядеть беспечной и веселой, когда они пришли в «Парижское кафе». По окончании вечера она поспешила удалиться в свою комнату, чтобы провести еще одну бессонную ночь, задаваясь вопросом, почему Алекс покинул ее.
По крайней мере сейчас она знала, что он вернулся в город, и очень надеялась, что он позвонит ей, но прошла неделя, а он так и не позвонил. Лаура собиралась поехать вместе с Билли в Суинберн, чтобы познакомить его со своей бабушкой, и предложила Ханичайл отправиться вместе с ними. Анжу собиралась на танцы в Глостершир, и Ханичайл знала, что, оставшись дома одна, будет думать только об Алексе, который, по всей вероятности, проводит время с Джиной или какой-нибудь другой привлекательной женщиной.
— Ты будешь меня сопровождать, — настаивала Лаура. — Нечего тебе слоняться по дому и ждать, когда позвонит Алекс. Он, возможно, тоже уехал на уик-энд, как и многие другие.
Ханичайл была рада, что согласилась на эту поездку, так как познакомилась с Джинни Суинберн и сразу влюбилась в Суинберн-Мэнор.
— На самом деле это совсем не поместье, — объясняла Лаура в поезде. — Ничего похожего на Сакстон-Моубри или Маунтджой-Парк. Это маленький домик бывшего торговца овечьей шерстью. Он очень старомодный и почти развалившийся, но я люблю его.
Она с беспокойством посмотрела на Билли и Ханичайл, так как хотела, чтобы и они его полюбили.
— Ну разве можно не любить его? — спросила она с гордостью, показывая гостям дом.
Погода была хорошей, небо голубым, солнце играло на серых камнях дома. Джинни стояла на крыльце, встречая их.
— Ханичайл, моя дорогая, — сказала она, обнимая девушку, — мне кажется, что я давно тебя знаю, так как Лаура много писала о тебе.
Выцветшими голубыми глазами Джинни внимательно оглядела Билли.
— Я вижу, что Лаура сделала хороший выбор, — заключила она. — Моя девочка всегда была разумной. По крайней мере, — добавила она, вспомнив о Хаддоне, — большей частью.
Лаура шутливо закатила глаза к небу, затем посмотрела на Билли и рассмеялась.
— Я думаю, что Билли весьма польщен, что я выбрала его, ба, но ты знаешь, он сам сделал свой выбор.
— Тогда я рада за него, — ответила Джинни. — Я рада приветствовать его в моем доме.
— Не успеешь опомниться, Билли, как она тебя поцелует. Моя бабушка — большая охотница целоваться.
— Так, значит, вот ты в кого, — сказал Билли, и все засмеялись.
К вечеру похолодало, как это обычно бывает в Йоркширской долине, и ужин проходил у камина. Ханичайл думала, что ей никогда не приходилось бывать в таком уютном доме, как этот, и она сказала об этом Джинни.
— Я знаю, что ты далеко от своего дома, поэтому можешь считать это место своим, — улыбаясь сказала Джинни.
На следующее утро Лаура показала гостям конюшню и кобылу, которую купила у Хаддона за двадцать фунтов. Билли тщательно осмотрел животное и сказал:
— Ты сделала хорошую покупку. Мы можем поставить ее в одну конюшню с жеребенком и вместе их тренировать. Посмотрим, кто из нас победит.
Лаура погладила Сашу по холке и угостила ее яблоком, от чего кобыла восторженно заржала.
— Я буду тренировать их обоих, если ты мне это позволишь, — предложила она.
— О таком тренере я и мечтать не мог. Мы расширим конюшни и создадим для тебя хорошее тренировочное поле.
— Правда? — обрадовалась Лаура. — А когда?
— Скоро, — пообещал Билли. — Когда ты выйдешь за меня замуж.
— Ты пока не сделал мне предложения, — ответила Лаура, рассмеявшись.
— Не беспокойся, сделаю. Я хотел попросить разрешения у лорда Маунтджоя, но тетя Софи сказала, что лучше немного подождать, так как он может решить, что мы недостаточно долго знаем друг друга.
— Моя бабушка так не думает, — заметила Лаура.
— Я знаю. Я уже спрашивал ее, и она ответила, что, конечно, я могу жениться на тебе; она будет только рада сплавить тебя с рук.
— Почему меня спрашивают в последнюю очередь? — возмутилась Лаура. — Меня. Объект твоего желания, ту, кого ты любишь.
— Сначала мне надо собраться с мужеством, купить кольцо и только тогда встать на одно колено. Я ч-ч-человек, который привык делать все как полагается.
— Тогда поскорее поцелуй меня, Билли, а то за всеми этими вещами ты забудешь, что любишь меня.
Днем троица поехала в Харроугейт купить Джинни лекарство и показать Билли сады и антикварные магазины. Они провели чудесное время за чаем у «Беттис», а когда выходили, то чуть не налетели на Хаддона.
— Господи, Сакстон, неужели это вы? — удивился он, протягивая Билли руку. — Что вы здесь делаете? Решили еще раз осмотреть мои конюшни?
— Здравствуйте, Хаддон. Нет, нет, я больше не ищу себе тренера. Я уже нашел его.
— Здравствуйте, Хаддон, — сказала Лаура, широко улыбаясь.
— Господи, Лаура. — Хаддон изумленно посмотрел на девушку, а затем на Билли. — Вы хотите сказать, что ваших лошадей будет тренировать Лаура?
— Совершенно верно, — ответил, улыбаясь, Билли. — О лучшем тренере я и мечтать не мог.
— До свидания, Хаддон, — бросила Лаура через плечо, выходя на улицу.
— Спасибо, — сказала она Билли, — но это не совсем правда. В действительности я не твой тренер; я буду только тренировать Крекера и Сашу.
— Это только начало, — пообещал Билли, ласково сжимая руку Лауры.
Джинни очень опечалилась, когда на следующий день молодые люди собрались уезжать.
— Помните, что вы здесь не посторонний, — сказала она на прощание Билли. — А ты, Ханичайл, дорогая, приезжай в любое время и живи здесь сколько хочешь.
На следующей неделе в Лондоне установилась жаркая и душная погода. От нее Анжу сделалась еще более неугомонной. Она постоянно думала об Алексе, но в отличие от Ханичайл не собиралась сидеть сложа руки. Она просмотрела телефонный справочник и нашла адрес офиса Скотта на Сент-Джеймс.
Она улыбнулась себе в зеркале, затем надела шелковое платье без рукавов, сбрызнула себя своими любимыми духами и отправилась на такси на Сент-Джеймс.
— Пожалуйста, мистера Скотта, — сказала Анжу секретарше в приемной.
Женщина посмотрела на нее как-то странно, из чего она пришла к заключению, что подружки Алекса никогда не появляются в его офисе.
— Скажите ему, что мисс Маунтджой хочет его видеть, — приказала она.
Дожидаясь возвращения секретарши, Анжу расхаживала по красивому холлу, думая о том, что скажет Алекс, когда увидит ее.
— Идите за мной, мисс, — пригласила секретарша и повела ее по покрытой голубой дорожкой лестнице в офис Алекса.
Он ожидал, стоя в дверях, и был немало удивлен, увидев Анжу. Она ворвалась в офис прежде, чем он успел остановить ее.
— Я знаю, что вы ждали Ханичайл, но вместо нее пришла я. Я подумала, что мы могли бы вместе провести время за ленчем и поговорить о ней. Вы знаете, она очень расстроена из-за того, что вы не звоните ей.
— Анжу, что вы здесь делаете? — раздраженно спросил Алекс. — Спасибо за приглашение, но у меня нет времени на ленч. Я очень занятой человек. И не хочу обсуждать Ханичайл ни с вами, ни с кем-либо другим. Пожалуйста, уходите, пока я окончательно не рассердился.
Анжу поняла, что Алекс собирается выставить ее за дверь, и взмолилась:
— Пожалуйста, Алекс, не прогоняйте меня. Я не такая наивная и ранимая, как Ханичайл. Я знаю, что нужно такому, как вы, мужчине.
Алекс рассмеялся.
— Вы очень глупая молодая женщина, — строго сказал он, — и если лорд Маунтджой узнает, что вы были здесь, то очень на вас рассердится.
— Но он не знает и никогда не узнает, — настаивала Анжу. — Пожалуйста, Алекс. Все, что я прошу, это только ленч.
Подойдя к столу, Алекс нажал на кнопку, вызывая помощника. Анжу была вынуждена отступить, когда за ее спиной стали открывать дверь.
— Пожалуйста, проводите мисс Маунтджой, Ставрос, — холодно произнес Алекс. — Мне кажется, она спешит на ленч.
— Это еще не конец, Алекс, — пообещала Анжу. — Наступит день, и вы угостите меня ленчем, — сказала она и выплыла из офиса.
Куда бы после этого Алекс ни пошел, он всегда натыкался на Анжу; он не знал, как ей это удавалось, но она посещала те же самые места, что и он. И каждый раз подкрадывалась к нему, приглашая то на ленч, то на коктейли и обеды. Он находил ее забавной и в то же время опасной. Кроме того, она совсем его не интересовала. Она была самой плохой из девушек Маунтджой.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Наследницы - Адлер Элизабет



Почла на одном дыхании.Роман очень понравился.
Наследницы - Адлер ЭлизабетВалентина
20.10.2011, 14.57





рр
Наследницы - Адлер Элизабето
11.01.2012, 19.55





Роман больше чем роман. Но очень несправедливый! Самая тихоня оказалась в центре такого скандала, вышла за негодяя и отдала ему невинность, плюс, воссоединившись с любимым, не могут поженится! Ох! А эта вредная кокетка так и живёт себе!
Наследницы - Адлер ЭлизабетПсихолог
2.03.2012, 20.14





Очень легко читается, на одном дыхании, спасибо автору за приятное времяпрепровождение.
Наследницы - Адлер Элизабетольга
11.06.2014, 12.34





С удовольствием прочитала роман.
Наследницы - Адлер ЭлизабетЛилия
2.07.2015, 22.22





Читаю и хочется еще читать и читать.. в ожидании дальнейшего развития сюжета. Очень понравились романы.Спасибо огромное!!!!
Наследницы - Адлер ЭлизабетВалентина
8.07.2015, 19.36








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100