Читать онлайн Бремя прошлого, автора - Адлер Элизабет, Раздел - 34 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Бремя прошлого - Адлер Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.64 (Голосов: 33)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Бремя прошлого - Адлер Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Бремя прошлого - Адлер Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Адлер Элизабет

Бремя прошлого

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

34

После того как я покончила с покупками в Голвее, а Шэннон с Эдди обследовали прилавки в книжном магазине Кении и купили себе ореховые прогулочные трости и великолепной расцветки мохеровые пледы – слава Богу, без ирландских трилистников, – мы отправились на ленч. За кружками гиннеса, который закусывали копченой семгой с пресным хлебом, не таким хорошим, как у Бриджид – такого-то нигде больше не было, – мы говорили о Лилли. Эдди сказал, что, по его мнению, она была своевольной эгоисткой, хотя обладала и некоторыми подкупающими качествами. Шэннон же заметила, что Лилли вызывает у нее жалость, потому что она, такая молодая, была испорченной и довольно глупой, хотя фактически в этом и не было ее вины.
– Ах, – сказала я, – вина ее была в том, что она оговорила Финна О'Киффи.
– Вы слишком мягкосердечны, – сказал Эдди, принимая сторону мужчин.
– Вовсе нет, – возразила Шэннон. – Кроме того, если бы Финн и Дэниел остались в Арднаварнхе, они кончили бы ровно тем же, с чего начали, – конюхом и скотником. Но посмотрите, как повернулась их жизнь.
– Ах, – запротестовала я, на этот раз с ноткой таинственности в голосе. – Но вы же не дослушали до конца эту историю. Как вы можете видеть, я расставила по местам всех ее персонажей, тонко наметила их связи между собой, рассказала об их жизни, но не все. Далеко не все.
В ответ они рассмеялись.
– Мы это знаем, – хором прозвучали их голоса. – Нам придется подождать. Всему свое время.
Я отодвинула в сторону тарелку и допила свой гиннес. И мы снова обратились к судьбе Дэниела.
* * *
Дэниел О'Киффи сходил в парикмахерскую, где ему коротко подстригли его рыжую шевелюру и привели в порядок разросшуюся лохматую бороду. Прежде чем отправиться к Мэтью Кини, он купил себе новую одежду. Чистый и опрятный, с деньгами в кармане, он чувствовал себя на вершине благополучия, шагая по Принс-стрит, где по пути завязал с десяток знакомств.
Босс Уорда
type="note" l:href="#n_3">[3]
предложил ему сесть. Осмотрев гостя изучающим взглядом, он отметил его новый костюм и самоуверенную улыбку, а также новое выражение умудренности на лице гостя.
– Ну, О'Киффи? – обратился к нему хозяин кабинета. – Ты пришел вернуть мне мои пятьдесят долларов?
– Вот именно, сэр. – Дэн положил на стол деньги. – Но пока еще без обещанных вам мною золотых часов.
Кини оставил полсотни лежать на столе между ними и сказал:
– Стало быть, как я понимаю, твое предприятие не было слишком успешным?
– Вовсе нет, сэр.
И Дэн рассказал внимательно слушавшему Кини о своей вполне успешной операции.
– Я же выручил семьсот двадцать три доллара и шестьдесят пять центов, мистер Кини! – торжественно завершил он свой рассказ. – Купил себе новые штаны и пиджак, подстригся, да еще дал пятьдесят долларов другу семьи, бедняжке миссис Доновэн. И теперь, после того как я вернул вам ваши пятьдесят, у меня осталось ровным счетом шестьсот три доллара. Больше чем достаточно, чтобы выкупить у Корригена его старую лавочку. Уверен, что он отдаст ее за пять сотен.
Кини кивнул, размышляя над его словами, и, помолчав, спросил:
– Скажи мне, мой мальчик, что заставляет тебя думать, что тебе удастся выбить из корригеновской лавки больше, чем самому Корригену?
– Я сделаю из нее конфетку, сэр. Покрашу дом, он будет выглядеть обновленным и чистым. Закуплю лучшие продукты, расширю ассортимент.
– И повысишь цены?
– Конечно, придется немного их повысить, чтобы скрыть расходы.
Кини кивнул.
– Тут-то твой план и развалится. Лавка Корригена находится в самом бедном районе Бостона. Там у людей никогда не бывает больше пары пятаков в кармане, и они сто раз подумают над каждым центом, на который подорожает твой лук. Весь бизнес Корригена сводится к тому, что ему постоянно приходится считать гроши там, где все едва сводят концы с концами. Нет никакого сомнения, что эти бедные женщины посмотрят на твою свежевыкрашенную лавку, на лук, подорожавший на целый цент, и отправятся к соседнему бакалейщику, у которого товар дешевле. Их интересует только цена. И больше ничего.
Дэн вытряхнул из кармана все деньги, положил их рядом с пятьюдесятью долларами Кини и жалким голосом проговорил:
– Так, значит, мой удел – состариться и поседеть, как Корриген, продавая сахар с прибылью в два цента женщинам, которые не могут позволить себе его купить, или же на старости лет мыкаться по большой дороге с бутылкой в руке в качестве единственной компании.
Кини многозначительно стукнул костяшками пальцев по столу.
– Я сижу за этим столом двадцать пять лет, сынок, и ко мне приходила всякая публика, – кто за советом, кто за деньгами или за помощью, без которой они не могли разобраться в своих проблемах. Я встречал людей, пришедших в отчаяние оттого, что у них не было денег на гроб, чтобы похоронить своего ребенка, стариков без гроша в кармане, чтобы заплатить за ночлег в лютый холод, целые семьи без крыши над головой. Люди приходили ко мне, так же как и ты, за деньгами, чтобы начать свое дело, и я допускаю, что, бывало, ошибался. Но не часто. В подобных обстоятельствах начинаешь хорошо разбираться в характерах людей.
Кини снова сел и, сложив вместе пальцы, внимательно посмотрел поверх них на Дэниела.
– Дэн, мальчик мой, тебе никогда не приходила в голову мысль о том, чтобы подняться на одну или две ступеньки повыше? Например, заняться доставкой продуктов в богатые районы, где люди тратят на них большие деньги, а таких немало. Мне случайно стало известно, что сдается магазин на углу Кларендон-стрит. Правда, небольшой, но на чертовски бойком месте. Большинство кухарок на Бикон-Хилл – ирландки, и они наверняка поддержат ирландского бакалейщика. Предприимчивый молодой парень с твоей внешностью мог бы делать там очень хороший бизнес.
Дэн смотрел на него с сомнением. Кларендон-стрит находилась на чужой территории, это было место разных высокопоставленных лиц, и снобов. Он развил в себе предпринимательскую самоуверенность, общаясь с сельскими провинциалами, и не был уверен в своей готовности иметь дело со знатными бостонскими леди.
Дэн посмотрел на свои шестьсот долларов. Он мог бы купить лавку Корригена вместе с его образом жизни. Он понимал, что не потерял бы при этом деньги, но и не сделал бы новых. Или же мог рискнуть и арендовать на год этот вполне приличный магазин, и оставшихся денег было бы достаточно, чтобы привести его в порядок и наполнить товаром, и если ему повезет, то он сможет сделать на этом деньги. Реальные деньги.
– Благодарю вас за совет, мистер Кини. Я арендую этот магазин, – торопливо сказал он, боясь изменить свое решение.
Кини оформил аренду, Дэниел твердой рукой подписал договор и уплатил двести пятьдесят долларов. Что-то сжалось у него в животе, когда он взглядом провожал свои деньги в сейф поверенного. Он вспоминал долгие, одинокие ночи в пути, когда его до мозга костей пробирал мороз, и мучительные уговоры, в результате которых он собрал их, доллар к доллару. Убеждая себя в том, что это не было шагом назад, он отправился осмотреть арендованное помещение.
Кини был прав: магазин находился на хорошем месте. Одно окно выходило на Кларендон, другое на Войлтстон, к угловой входной двери вели две широкие каменные ступени. За помещением площадью двадцать на двадцать футов была небольшая кладовая. Темная узкая лестница в конце небольшого коридора вела в комнаты второго этажа, которые должны были стать его новым домом.
Набравшись храбрости, он подошел к служебному входу одного из больших домов и сказал, что хотел бы переговорить с кухаркой. Он сообщил, что открывает новый бакалейный магазин на углу Кларендон-стрит, спросил, какие именно продукты она хотела бы там видеть, и тщательно записал ее пожелания. Дэн поступил точно так же в десятке с лишним других домов и получил таким образом всю необходимую информацию.
Он купил подержанный фургон для доставки товара и выкрасил его в такой же цвет темного кларета с золотым орнаментом, как и вывеска на магазине с именем «Дэниел». За десять долларов в неделю нанял приятного юношу с голубыми глазами по имени О'Дуайер в качестве помощника в магазине и агента по доставке заказов.
«Деревенская свежесть» – гласила вытисненная бургундским шрифтом надпись на листовках, разосланных Дэном по городу и оповещавших об открытии магазина; цветные чернила стоили целое состояние, не поскупился Дэн и на дорогую плотную бумагу, чтобы его листовку нельзя было не заметить.
Дэн стоял за своей конторкой и уверенно ожидал, что сливки общества, те люди, для удовлетворения потребностей которых он создал этот магазин, отдадут ему должное. Ждать ему пришлось недолго. Первыми появились кухарки из богатых домов Бикон-Хилла. Они отметили, что, то там, то здесь некоторые цены были округлены в сторону уменьшения и что по случаю открытия многое продавалось по сильно сниженным ценам, с пониманием кивали головами, ощупывали тушки упитанных цыплят и мясистые груши, оценивая качество продуктов.
К концу первого дня, когда Дэниел подсчитал выручку, оказалось, что она составила больше ста долларов, что превышало недельную выручку Корригена. А к концу первой недели он выручил на круг четыреста пятнадцать долларов и тридцать пять центов и удовлетворенно подумал, что поступил правильно.
Дэн рассчитал, что за год он вернет вложенные в дело деньги и сможет вернуть Кини ссуду, полученную на приобретение фургона и пони. Его чистая прибыль составляла двадцать процентов, и он понимал, что, если будет напряженно работать и вести правильную политику цен, магазин сможет обеспечить ему комфортабельную жизнь, чего было бы не видать у Корригена. Но и этого ему было недостаточно. Все это еще не делало его, богатым человеком.
В конце года он пришел к Кини, возвратил ему ссуду и вручил золотые карманные часы.
– На крышке обещанная мною надпись, – гордо объявил он.
«Мэтью Кини с благодарностью. Дэниел О’Киффи»,– прочитал Кини. – Это прекрасный подарок, Дэн, и я ценю его по достоинству, хотя ты знаешь, что нет, нужды в благодарности мне. Твоим успехом ты обязан собственному труду.
– Поэтому я и пришел к вам, мистер Кини, – воскликнул Дэн, энергично стукнув кулаком по столу. Когда человек набивает досыта свой живот, мистер Кини, у него появляется жажда чего-то другого: успеха, власти, богатства. Я в самом начале говорил, что одного магазина мало, и хотел открыть еще несколько, а теперь у меня есть план такого расширения дела. Я хочу открыть магазин в Бэк-Бэй. И третий в Нью-Йорке. Мой помощник, О'Дуайер, вполне справится с первым, а я займусь вторым, на Бэк-Бэй, пока он не заработает нормально. Потом, когда там все будет в порядке, подберу туда вместо себя двух молодых ирландских продавцов, которые и станут им управлять. Затем отправлюсь в Нью-Йорк и сделаю там то же самое…


Магазин на Бэк-Бэй был открыт с не меньшей помпой, чем первый, и скоро по самым богатым улицам стали сновать уже два красно-золотых фургона, и еженедельный доход Дэна теперь составлял в среднем больше тысячи долларов вместо четырехсот. Доллары звенели у него в голове, как механизм кассового аппарата, и Дэн понял, что его теория была правильной.
По воскресеньям Дэн прогуливался с хорошенькой девушкой, горничной в большом доме на Маунт-Вернон-стрит, с которой познакомился в церкви святого Стефана. Родом из Кантри-Вексфорда, она была темноволосая, розовощекая и с серыми глазами. Они встречались раз в неделю, в ее свободный от работы день, и он ждал каждой встречи почти с таким же нетерпением, с каким субботними вечерами подсчитывал свои доходы за неделю. Все другое свободное от работы время Дэн проводил в офисе Шестого уорда, помогая Кини в делах, связанных с его сложной политической организацией.
Когда ирландские иммигранты впервые стали приезжать в Америку, они создали некую систему собственного местного самоуправления. Поначалу она предназначалась исключительно для оказания помощи иммигрантам, встречавшимся с трудностями жизни в новой стране. Однако с годами эта система развилась до того, что ирландцы в таких крупных городах, как Бостон и Нью-Йорк, Питтсбург и Чикаго, составили большинство в Демократической партии на местном уровне. Районы проживания иммигрантов в этих городах были разделены на уорды, и в каждом был свой руководитель. В Шестом уорде таким руководителем был Мэтью Кини, но в Бостоне были и другие влиятельные люди – Джордж Макгахи, руководивший Седьмым уордом, и Мартин Ломэсни, всемогущий босс Восьмого. Все они были энергичными людьми, делавшими все возможное для своих бедных избирателей, и ожидали взамен лояльности, иначе говоря, голосов избирателей.
Поначалу Дэн работал на Кини как «хилер» – подручное лицо партийного босса. Его обязанностью было посещение кабачков с целью объединения избирателей перед выборами делегатов на собрании по выдвижению кандидатов.
Но Кини скоро понял, что Дэн был слишком хорош для такой работы.
– Я хочу сказать, Дэн, что такой человек, как ты, – прирожденный политик. Я буду продвигать тебя в этом направлении. Для начала ты можешь выступать с речами в поддержку моей кандидатуры на местных выборах.


За следующую пару лет Дэн овладел всеми тонкостями и всеми хитростями политики. Он работал для Кини из чистой любви к этому, устанавливая связи с многочисленными ирландскими обществами и организациями, а также с церковью. Он был молод, и со своим огромным ростом и физической силой создавал впечатление сильного человека, на которого можно положиться. Он всегда держал свое слово. И народ любил его и верил ему.
– Твои два магазина обеспечивают тебе неплохую жизнь, – сказал ему Кини как-то поздно вечером, когда большинство горожан уже спали, а они все еще были в его офисе. – Но ты тратишь большую часть своего времени здесь, в штаб-квартире уорда. Я говорил тебе, когда встретился с тобой, Дэн, и повторяю это снова: ты прирожденный политик, и я предлагаю тебе уйти из офиса.
– Уйти из офиса?
На лице Дэна выражение удивления быстро сменилось выражением интереса. Действительно, политика постепенно все больше и больше вторгалась в его жизнь, и он любил ее. Ему нравилось работать с людьми, вносить изменения в их жизнь, пусть самые незначительные, но к лучшему. И ему, разумеется, хотелось бы видеть, чтобы его соотечественники занимали равное со всеми положение в Америке, этой стране иммигрантов. Но уйти из офиса – это совсем другое.
– Я подумал не только о местном совете, – продолжал Кини, раскуривая сигару и пристально наблюдая сквозь дым за реакцией Дэна. – Что ты скажешь о сенате штата Массачусетс?
Сенатор Дэниел О'Киффи. При мысли об этом Дэном овладело глубокое волнение. Дэн вышел, чтобы подумать над словами Кини. Он шагал взад и вперед по небольшой гостиной на втором этаже своего магазина, и ему очень хотелось, чтобы здесь был Финн, хотелось все рассказать ему. Только Финн может дать ему правильный совет, как следует поступить. Следующим утром он объявил Кини, что уезжает в Нью-Йорк поговорить с братом и даст ему знать о своем решении в течение двух дней.
– Соглашайся, – сказал ему Финн за обильным обедом у «Шерри», – ты везучий.
– Но как же магазины? Ведь я намеревался открыть еще, именно здесь, в Нью-Йорке.
– Твои мозги стоят большего, чем предпринимательство, – напомнил ему Финн. – Как говорил мой босс, пусть твои деньги делают для тебя деньги. Вкладывай их в очередные магазины, на прежней основе, ставь в каждом хорошего менеджера, и они заработают сами собой. Двенадцать магазинов держать не труднее, чем два, благо теперь ты знаешь, как это делается.
Дэн вернулся в Бостон и сказал Кини, что согласен баллотироваться в сенаторы штата. По совету Кини он стал чаще выступать на уличных митингах, но на этот раз уже от собственного имени, привлекая еще большие толпы людей, чем прежде. Он шагал во главе шествий с духовым оркестром, игравшим ирландские мелодии, устраивал фейерверки. Люди любили его и собирались толпами только для того, чтобы его увидеть.
В Бостон приехал Финн, чтобы быть с братом в решающие последние дни перед выборами, и оставался там, пока не были оглашены их результаты. Поддержка Ломэсни обеспечила Дэну дополнительное число голосов, и он был избран самым молодым сенатором штата Массачусетс. Финн гордо шагал рядом с братом, разделяя его триумф, по тем же самым улицам нортэндских трущоб, где они нашли себе приют в жалкой лачуге без окон, когда всего восемь лет назад приехали в Бостон.
– Восемь лет. Можно ли в это поверить, Финн? – воскликнул Дэн со слезами благодарности на глазах при воспоминании о тех днях. – Ты, младший конюх из Арднаварнхи, теперь богатый бизнесмен, а я, дворовый работник, – владелец полдюжины магазинов и счета в банке. Мечты могут сбываться только в такой великой стране, как Америка.


Пять лет работы на Корнелиуса Джеймса в Нью-Йорке сделали из Финна О'Киффи если не совсем джентльмена, то настоящего денди. Коринна Марканд, опершись на локоть, полулежала в его постели, наблюдая, как он надевал вечерний костюм, чтобы пойти куда-то туда, куда ее с собою не брал, хотя она только что занималась с ним любовью.
Финн продолжал жить у Эйлин Мэлони, потому что снимать квартиру было бы в десять раз дороже, чем платить Эйлин, да кроме того, он пользовался комнатой только для сна. Он сидел в офисе каждый день с шести тридцати утра до позднего вечера, и всегда находилась какая-нибудь хорошенькая актриса с собственной квартирой, которая была счастлива затащить его к себе в постель. Коринна была просто более или менее постоянным развлечением. Ничего серьезного.
Внешность не была для Финна предметом особого тщеславия, но в ту первую неделю в Нью-Йорке он получил суровый урок, когда все смеялись над его дешевым топорным костюмом и целлулоидным воротничком. Теперь он всегда одевался во все самое лучшее и считал, что неизменно вызывает к себе уважение. Швейцары, чья работа когда-то была для него желанной, спешили распахнуть перед ним двери, метрдотели кланялись ему, а хорошенькие женщины восхищенно смотрели ему вслед. И что самое главное, друзья Корнелиуса Джеймса относились к нему если не совсем как к равному – ведь у него, с точки зрения уолстритского истеблишмента, было два недостатка: он был ирландцем и католиком, – то по меньшей мере с отдававшим завистью уважением. Корнелиус доказал своим жене и друзьям, что из свиного уха можно сделать шелковую дамскую сумочку, и невежественный выскочка-ирландец был теперь ловким бизнесменом, чья сообразительность позволила ему удачно провернуть несколько крупных дел.
Коринна лениво зевала. Финн был чрезвычайно энергичным любовником, и ей не нужно было ничего другого, лишь бы прижаться к его жилистому телу и проспать весь вечер. А потом, может быть, после легкого ужина и одного-двух бокалов вина еще немного заняться восхитительной любовью. Однако с Финном все было совсем по-другому: он жил несколькими жизнями и, как она подозревала, у него бывало одновременно по нескольку женщин. Фактически он оставался тайной. Но все же был так красив, что, просто глядя на него, она таяла от желания.
– Вы очень утонченны, мой дорогой, – говорила она, с восхищением глядя на то, как он застегивал пиджак.
Финн накинул на плечи пальто с бархатным воротником и с благодарностью во взгляде улыбнулся Коринне.
– Я еду в оперу, – сказал он, целуя ее спутанные светлые волосы. – И из-за вас опаздываю.
Он обмотал вокруг шеи длинное белое шелковое кашне, коснулся пальцами цилиндра и быстро направился к двери.
Подозвав кеб, Финн вспомнил свой первый день в Нью-Йорке, когда он шел по Уолл-стрит, истекая потом и натирая ноги новыми жесткими ботинками. И все же ни достаточно большие деньги, которые он уже сделал, ни успех, ни прекрасная одежда, которая была на нем, не могли заставить его забыть, какой дешевкой он себя чувствовал, услышав за спиной насмешливое хихиканье. И это было более чем справедливо, говорил он себе, пока кеб вез его в Метрополитен Опера. Он никогда не отделается от этого клейма трущоб. Нищета и невежество были похожи на никогда не заживающую рану, и память о тысяче оскорблений и унижений по-прежнему растравляла его сознание. Делать деньги, много денег, больше, чем можно себе представить, – вот что было единственным занятием, которое в один прекрасный день могло бы залечить эту рану. Но для этого ему нужно было стать богаче отца Лилли.
В опере он был впервые. Итальянская труппа миланского театра Ла Скала, гастролировавшая в Америке, давала «Севильского цирюльника» Россини.
– И вы здесь, мой мальчик, – через толпу к нему подошел Корнелиус Джеймс под руку со своей женой Беатрис, блиставшей бриллиантовой тиарой. Публика на премьере состояла из одних знаменитостей и людей, принадлежавших к высшему обществу, и хотя сам Корнелиус Джеймс не был аристократом, он был знаком с большинством из них.
Он отвел Финна в тихий угол и сказал:
– Мне нужно кое-что сказать вам, дорогой мальчик. Мы с Беатрис говорили об этом и пришли к выводу, что наш эксперимент оказался более чем успешным. Вы стали активом фирмы «Джеймс энд компании» и меньше чем за пять лет превратились из полуграмотного парня в преуспевающего, нашедшего свое место в обществе молодого человека. Мы считаем, что вы заслуживаете вознаграждения. Я приобрел для вас место на Нью-Йоркской фондовой бирже. С завтрашнего дня вы станете членом одного из самых элитных деловых учреждений страны. У меня нет сына, который мог бы наследовать мой бизнес, и поэтому, когда я умру – если вы будете продолжать работать так же энергично – я намерен завещать вам президентское место в фирме «Джеймс энд компании».
Ошеломленный, Финн не отрывал глаз от босса. Он недоверчиво покачал головой и проговорил:
– Сэр, я не достоин такой чести.
– Да, пока это так. Сначала вы должны доказать мне, что достойны этого. – Он по-отечески похлопал Финна по плечу. – Место на бирже – это только начало.
– Я глубоко благодарен вам, сэр, – проговорил Финн. – И постараюсь не обмануть вашего доверия.
Следующим утром Финн снял баснословно дорогую квартиру на углу Пятой авеню и Сорок второй улицы, которую раньше не мог себе позволить. Когда-нибудь он станет президентом фирмы «Джеймс энд компании», и это было единственным, что заставило его пойти на такой шаг. Он наполнил свой бар шампанским и икрой, стенной платяной шкаф набил самыми изысканными костюмами, а постель – красивыми женщинами. Наконец-то Финн О'Киффи шагнул в мир, на какое-то время вычеркнув из памяти прошлое. Но был ли он счастлив? Финн смущенно покачал головой. Ответа на этот вопрос у него не было.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Бремя прошлого - Адлер Элизабет

Разделы:
12345678910111213141516171819202122232425262728293031323334353637383940414243444546474849505152535455565758Эпилог

Ваши комментарии
к роману Бремя прошлого - Адлер Элизабет



Потрясающий роман, только наберитесь терпения на начало. История жизни нескольких поколений цепляет душу.
Бремя прошлого - Адлер ЭлизабетНадежда
9.10.2012, 23.21





Честно дочитала до конца, потратила 3 вечера. Книга написана статично... в общем, ужасно жаль затраченного времени.
Бремя прошлого - Адлер ЭлизабетАля
12.10.2012, 1.20





интересно, увлекательно: в духе Э. Адлер.
Бремя прошлого - Адлер Элизабетнатали
10.12.2012, 17.01





интересно, увлекательно: в духе Э. Адлер.
Бремя прошлого - Адлер Элизабетнатали
10.12.2012, 17.01





Прочитала роман за 2 дня, увлекательный, интеремный, ставлю 10.
Бремя прошлого - Адлер ЭлизабетАнюта
31.07.2014, 15.43





Очаровательно! 10/10
Бремя прошлого - Адлер ЭлизабетЛюдмила
26.03.2015, 11.48





Замечательный роман. Затягивает, как в омут. 10
Бремя прошлого - Адлер ЭлизабетАля
10.01.2016, 21.17





Замечательный роман, как , впрочем, и все романы Элизабет Адлер. Всем читать!!
Бремя прошлого - Адлер ЭлизабетЛенванна
13.02.2016, 13.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100