Читать онлайн Как в кино, автора - Адамс Кайли, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Как в кино - Адамс Кайли бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.25 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Как в кино - Адамс Кайли - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Как в кино - Адамс Кайли - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Адамс Кайли

Как в кино

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

— Вас когда-нибудь гипнотизировали? — спросила Септембер.
— Нет, — ответила Татьяна.
— А я хочу попытаться. Вы не знаете, что произошло в ту ночь, но, может быть, вместе нам удастся выяснить, что запечатлелось в вашем подсознании.
Татьяна посмотрела на подругу безумным взглядом.
— Доктор, мое подсознание — это как неблагополучный район, я вам не советую туда заходить. Уж поверьте моему слову.
— Вы боитесь того, что я могу обнаружить?
— Я-то не боюсь, а вот вам стоит бояться.
На лице Септембер на мгновение отразился ужас.
— Снято! — крикнул Кип Квик.
Он встал со своего режиссерского места и подошел к ним. Тесная, но безукоризненно оформленная съемочная площадка сегодня представляла собой обшитый темными панелями кабинет доктора Беверли Хоффман, психиатра, — ее играла Септембер Мур.
— Отличная сцена! — Кип неутомимо перекатывал во рту жвачку. — Сделаем еще один дубль. — Он обнял Септембер за плечи. — На этот раз постарайся показать чуть больше страха после Татьяниной реплики.
Септембер кивнула и сделала то, что от нее требовали. Она выражала эмоции с тонкостью и изяществом отбойного молотка. По сравнению с ней Фэй Даннавэй в «Дорогой мамочке» была просто Сарой Бернар.
Но Кипу дубль понравился, он велел отправить материал в печать и дал команду подготовить площадку для съемок следующей сцены.
Техники засуетились.
Септембер метнула недовольный взгляд в сторону Кипа.
— Подумать только, этот молокосос смеет не доверять моей актерской интуиции! Да он еще пешком под стол ходил, когда я получила «Оскара». Может, он не знает, что я получила награду киноакадемии как лучшая актриса второго плана?
— По идее должен знать. Ты повесила плакат над столом, за которым мы едим.
— Слава Богу, что я догадалась это сделать! Очень важно, чтобы все сознавали, что снимаются вместе с обладательницей премии «Оскар». Это поднимет моральный дух на съемках. — Септембер невесело рассмеялась. — Видит Бог, это нам не помешает.
— Что ты имеешь в виду?
Септембер так удивилась, что даже отпрянула от нее.
— Ты что, не читала сценарий?
Татьяна была удивлена не меньше. Она подняла свой экземпляр сценария, весь потрепанный и испещренный пометками.
— Это моя рабочая копия. Еще одна лежит у меня дома, на тумбочке в спальне. Я знаю свой текст назубок, можешь спросить с любого места.
Татьяна закрыла глаза, показывая, что не подглядывает, и начала с того места, которое первым пришло в голову:
— Страница 62. Вторая медсестра: «Вам придется подождать здесь. Хирург к вам выйдет, как только мы что-нибудь узнаем».
Септембер ее преданность фильму только позабавила.
— Дорогая, иногда для того, чтобы оценить вещи беспристрастно, нужно взглянуть на них со стороны. Сценарий ни к черту не годится. Примерно как «Шелковые чулки» в последний сезон. — Она понизила голос до едва слышного шепота: — За такие слова меня могут уволить. — Она с опаской огляделась. — Но честное слово, по-моему, этот фильм даже хуже, чем «Тело как улика». Ну, помнишь, там еще играет Мадонна и она выливает на Уиллема Дафо расплавленный воск.
«Тело как улика» Татьяна помнила прекрасно. Смешная картина, которая вовсе не задумывалась как комедия.
— Мало того, «Грех греха» хуже, чем «Цвет ночи», — продолжала Септембер. — Помнишь этот фильм? Там играет Брюс Уиллис. Если взять кадры из режиссерской версии, можно как следует рассмотреть причиндалы Брюса Уиллиса. — Септембер захихикала. — Неудивительно, что Деми Мур с ним развелась.
Татьяна вымученно улыбнулась. Ей не верилось, что Септембер поливает грязью сценарий «Грех греха». Ведь это отличный сценарий, все так говорят. Дэвид Уолш изрядно поднапрягся, чтобы запустить в производство эту машину Грега Тэппера.
— Дорогая, в чем дело? У тебя такой вид, какой был у меня, когда я услышала, что мое место в «Голливудских крестиках-ноликах» заняла Джоан Ван Арк.
Татьяна бросилась на защиту сценария:
— Если ты думаешь, что фильм никуда не годится, почему ты согласилась в нем сниматься?
— Во-первых, это крупный проект, а во-вторых, мне нужны деньги. Опомнись, девочка, серьезных фильмов в год снимается всего несколько штук, и на них уже претендуют Николь Кидман, Джулия Роберте и Гвинет Пэлт-роу. А все остальное, что снимается, просто барахло. Вот почему я так много работаю на телевидении. Но по сути, там ненамного лучше. В фильме «Еще несколько кусочков, Дженни» я только и делала, что орала на Кэти Холмс, пока она ела бублик.
Разговор происходил по дороге к трейлеру Септембер. Татьяна шла, уставившись прямо перед собой невидящим взглядом, и слова подруги воспринимала почти как помехи в эфире.
Она пыталась взглянуть на сценарий непредвзято. Если абстрагироваться от того, что Грег Тэппер — кинозвезда, что за фильмом стоит такой монстр киноиндустрии, как «Юнивижн», и что на большой экран фильм продвигает Дэвид Уолш, тогда останется только… О Боже!
Мысль стала обретать четкую форму. Если вычесть все эти факторы, то что получится? Всего лишь очередной фильм категории Б, разве что без ужасных продюсеров, Дона и Гли Добсонов. Технически это пере водит фильм в категорию Б-плюс, возможно, даже в А-минус — если учесть качество кормежки и гардероб.
Септембер вошла в свой необъятный трейлер, который купила незадолго до того, как ее карьера пошла на спад. Она уже тогда знала, что в будущем ей пригодятся атрибуты звездной жизни, чтобы подкормить самооценку.
Татьяна вошла следом — вошла и замерла как вкопанная. На кровати Септембер Кристин страстно обнималась с каким-то полуголым парнем. Парень был типичным образчиком картинного красавчика — бугристые мускулы, обесцвеченные волосы, загар из солярия.
— Кристин! — взвизгнула Татьяна.
— Роб! — завопила Септембер.
Парочка на кровати продолжала страстно целоваться, как будто не слышала ни звука.
Септембер сняла с ноги туфлю и запустила ею в Роба. Низкий каблук угодил парню в правое плечо, тут только он и Кристин наконец смогли оторваться друг от друга.
— Мы же договаривались, что ты подождешь в трейлере и будешь смотреть телевизор! — взорвалась Татьяна.
Кристин легонько пожала плечом:
— Я так и сделала. Но потом пришел Роб. Все равно мне надоело смотреть «Судью Джуди».
Татьяна смерила Роба таким взглядом, словно перед ней был не человек, а бак с токсичными отходами.
— Между прочим, ей семнадцать лет, а ты, судя по виду, окончил школу лет шесть назад.
Роб вскочил с кровати как ошпаренный. Он показал пальцем на Кристин:
— Она клялась, что ей уже восемнадцать.
Теперь все взгляды были обращены на Кристин. Впрочем, не все. Септембер повернулась к Татьяне:
— Семнадцать? А я думала, что ей двенадцать. Да и вообще — какая разница?
Сначала Татьяне показалось, что все это — просто неудачная шутка. Но потом до нее дошел смысл слов Септембер.
— Она что, выглядит на двенадцать? Эксцентричная актриса окинула Кристин критическим взглядом.
— Теперь, когда ты сказала, я и сама вижу, что нет. Но в первый раз я как-то не обратила внимания. Ты же знаешь, как я отношусь к детям. По мне, их всех нужно держать под охраной где-нибудь в резервации до тех пор, пока они не достигнут возраста, когда получат избирательное право.
Татьяна вернула разговор к первоначальной теме и строго спросила:
— Ты кто?
Септембер растерялась:
— Я думала, это твоя сестра Кэт.
— Кристин! — прошипела Татьяна. — Я спрашиваю парня.
Септембер свирепо посмотрела на мускулистого Адониса:
— Раньше он был моим массажистом.
Татьяна закатила глаза:
— Ну все, этот сеанс массажа закончен.
Септембер кивнула с серьезным видом:
— Это точно!
Роб быстро сориентировался:
— Я не виноват. Она сама ко мне пристала.
В списке мужских отговорок оправдание Роба стояло на одном уровне со школярским «Мой дневник сжевала собака».
К Робу повернулась и Кристин:
— Я? Пристала? К тебе? Видно не зря говорят, что избыток мужских гормонов приводит к потере памяти. Потому что это ты ко мне прилип!
Роб вспыхнул.
Кристин тем временем не унималась:
— Обычно я и внимания не обращаю на мускулистых пергидрольных красавчиков с бритой грудью, которым только в гей-порно сниматься. Но сегодня мне было нечем заняться, а ты по крайней мере не казался противным, у тебя изо рта пахло мятой, вот я и решила: «Ну ладно, черт с ним».
Татьяна отвернулась, чтобы скрыть улыбку. Она уже знала, что проиграла бой.
Септембер кивнула с таким видом, с каким обычно кивают политики, когда президент в своем обращении к нации произносит что-нибудь особенно патриотическое.
— Эта девочка мне нравится. Ах, где мои тринадцать лет?!
Татьяна ткнула подругу и коллегу по звездному цеху локтем в бок.
— Ей семнадцать!
— Я знаю, все равно она похожа на меня тринадцатилетнюю, только более невинна.
Роб торопливо натянул футболку от Кельвина Кляйна:
— Я пошел.
— И не возвращайся! — крикнула Септембер. Глядя, как он уходит, она задумчиво покусала нижнюю губу и добавила: — Во всяком случае, до завтрашнего утра, до десяти часов.
Татьяна обратила свой гнев на Кристин:
— Куда это годится? Сначала водитель лимузина, потом массажист Септембер… Стоит тебе увидеть нового парня, как через пять минут ты уже сидишь у него на коленях. Знаешь, это из-за таких, как ты, люди верят письмам в журнал «Пентхаус».
— Можно подумать, что ты можешь учить меня жить! — огрызнулась Кристин.
— Могу и буду. Кристин заткнула уши.
— Я тебя не слушаю!
Татьяна терпеть не могла, когда сестра так делала, в такие моменты ей просто хотелось задушить Кристин. Но она лишь беззвучно, одними губами произнесла:
— Ты летишь первым же самолетом во Флориду. Кристин быстро опустила руки.
— Что?
— Ты правильно прочитала по губам.
Татьяна осталась довольна собой: она была холодна, как айсберг.
— О чем речь? — спросила Септембер. — Я не умею читать по губам.
— Я сказала Кристин, что если она не будет меня слушаться, то я отправлю ее ближайшим рейсом во Флориду.
Септембер посмотрела на Кристин с ужасом.
— Ты лучше слушайся сестру. Однажды у меня было очень плохо с деньгами, и пришлось поработать в ресторанном театре. Это были две худших ночи в моей жизни.
— Почему две? — Татьяна посмотрела на подругу как на ненормальную.
— Телятина оказалась испорченной, и департамент здравоохранения закрыл заведение. — Септембер присела на край кровати рядом с Кристин. — Все-таки это поразительно, насколько ты напоминаешь мне меня саму в этом возрасте. — Она похлопала девушку по руке. — Я всегда выбирала мужчин постарше, мне нравились ребята из колледжа, отцы самых классных ребят из колледжа, иногда даже их дедушки, если они были очень мужественные, как Шон Коннэри. Мне казалось, что мальчишки моего возраста умеют только издавать неприличные звуки своими подмышками.
Кристин засмеялась и посмотрела на Татьяну:
— Она настоящая, или это розыгрыш?
Татьяна хотела ответить, но ее опередила Септембер:
— Конечно, я настоящая. Я получила «Оскар» как лучшая актриса второго плана за роль в фильме «Открытки из Парижа». Вас что, совсем ничему не учат в школе?
Кристин усмехнулась:
— Похоже, не учат. Они забивают нам головы всякой ерундой вроде математики и естествознания.
Септембер взяла один из своих многочисленных рекламных плакатов, которые она повсюду развешивала.
— Вот возьми. — Она печально покачала головой. — И после этого они еще удивляются, что японские школьники далеко обгоняют наших.
— Может, все-таки перейдем к делу? — напомнила Татьяна.
— Точно! — Септембер хлопнула в ладоши. — Что Кэти нужно, так это…
— Ее зовут Кристин. Септембер повернулась к девочке:
— Ты не против, если я буду звать тебя Кэти? Кристин равнодушно пожала плечами.
— Так вот, что Кэти нужно, так это головокружительный школьный роман. Я помню, как это было у меня. Его звали Марк Кэмерон. Его исключили из футбольной команды за плохие отметки, но зато он блистал на занятиях по продажам. Очень пробивной был парень. — Септембер подмигнула. — И руками тоже умел работать. — Она мечтательно вздохнула. — Все эти интрижки со старшими или фальшивые, или печально кончаются. Чтобы все встало на свои места, тебе нужен настоящий школьный роман. Каждая девочка заслуживает, чтобы у нее был свой Арчи. Кто тебе ближе, Бетти или Вероника?
l:href="#n_17" type="note">[17]
— Вероника, — быстро сказала Кристин. Септембер просияла.
— Мне тоже. Бетти такая хулиганка! Я вообще подозреваю, что она лесбиянка.
Татьяна вклинилась с прагматичным замечанием:
— Прежде чем Кристин найдет своего Арчи, мы должны найти для нее приличную школу.
Кристин поморщилась.
— Я знаю, что ей нужно! — воскликнула Септембер. — Средняя школа Беверли-Хиллз! Это самая знаменитая школа в мире! И могу с гордостью добавить, что это и моя альма-матер. Я закончила се в один год с Николасом Кейджем.
У Кристин загорелись глаза.
— Правда? Он клевый.
Септембер небрежно отмахнулась:
— Я о нем помню только то, что он вечно ходил с грязной головой. Представляешь, Кэти, ты можешь влиться в ряды знаменитостей мирового масштаба! Во-первых, там училась я, обладательница «Оскара», я окончила школу в… хм… не так давно. Там учились Джейми Ли Кертис, Анджелина Джоли, Антонио Саббато-младший, даже братья Менендез.
Кристин ахнула:
— Те самые, которые убили своих родителей?
— Да. Страшные люди. Но очень знаменитые. Они совершили свое преступление на год раньше, чем О. Джи Симпсон. Если бы не они, он бы не так прославился. По-моему, они оказали ему большую услугу.
Татьяна снова прервала оживленный разговор и с досадой напомнила:
— Успокойся, Септембер, мы даже не относимся к этой школе по месту жительства.
— Зато я отношусь, — заявила Септембер. — Вы запишетесь по моему адресу.
— Значит, я могу жить у вас? — с надеждой спросила Кристин.
Септембер схватилась за сердце.
— Кэти, ты очень славная, но нет. Дело в том, что дети меня раздражают.
— Я не ребенок, — оскорбилась Кристин. — Мне семнадцать лет.
— Этот вопрос даже не обсуждаем. В твоем возрасте подростки бывают очень эгоцентричными. Я как-то пыталась поучаствовать в программе «Старшие сестры», потому что мне нравится помогать людям. Но сиротка, которую мне поручили, думала только о себе. Это было ужасно, ей даже ни разу в голову не пришло сделать что-нибудь для меня. Хорошо, что я отказалась от участия в программе вовремя и успела отозвать чек на благотворительный взнос.
Септембер вздохнула с облегчением.
В дверь быстро постучали три раза. Септембер всполошилась:
— Неужели Роб уже вернулся? Девочки, вам лучше уйти.
Оказалось, что пришел Энрике. Кристин тут же расправила плечи и выпятила грудь.
Энрике осмотрелся и одобрительно заметил:
— Неплохая берлога. — Он повернулся к Татьяне: — А я думал, что в этом фильме звезда — ты.
Она бросила на него уничтожающий взгляд:
— Этот трейлер принадлежит Септембер, его не предоставила студия.
— Мало того, мне пришлось заплатить за въезд на стоянку. А к Грегу Тэпперу, между прочим, приставили девицу с зонтиком, чтобы она закрывала его от солнца, пока он идет от трейлера до дверей студии.
Энрике достал небольшой блокнот в твердой обложке вроде тех, какими пользуются журналисты, и просмотрел свои записи.
— Звонки с номера твоей матери заблокированы, все счета оплачены, и доктор Джи ждет тебя на прием ровно в семь. Что касается школы, то мне сначала нужно знать, какая вам нужна: бесплатная, частная, церковная, военная или пансион?
Кристин с мольбой посмотрела на Татьяну. И Татьяна сдалась.
— Я хочу записать ее в среднюю школу Хай-Беверли-Хиллз.
— О-о… — Энрике широко улыбнулся. — Отлично помню те деньки.
— Ты тоже учился в этой школе? — удивилась Татьяна.
— Не совсем. Я учился в восточном Лос-Анджелесе, но я встречался с очень сексуальной еврейкой из Беверли, которая лучше всех давала…
Татьяна замахала на него руками.
— …вечеринки. — Энрике подмигнул. — А ты что подумала.
Кристин захихикала.
— У меня идея, — сказал Энрике. — Не будем тратить время, я прямо сейчас поеду с Кристин в школу, и мы начнем оформлять ее зачисление. Я могу представиться помощником Септембер.
Предложение показалось Татьяне заманчивым.
— Ладно, только постарайся играть роль помощника Септембер получше, чем ты играешь роль моего помощника. Хотелось бы, чтобы на этот раз все прошло гладко.
— Раз уж ты изображаешь моего помощника, — вставила Септембер, — купи мне по дороге китайские пельмени, на Беверли-драйв, недалеко от школы, есть китайский ресторанчик.
— Пошли, Кристин, — сказал Энрике. — Я научу тебя подделывать пропуска на ленч. Самая модная тусовка собирается в перерыв не в школьном кафе, а за территорией, в пиццерии под названием «Малберри-стрит».
— Здорово!
Кристин вскочила и бросилась к выходу. На радостях она даже забыла попрощаться, только наспех помахала рукой.
Мысли Татьяны снова вернулись к сценарию «Греха греха», точнее, к его качеству. Она с мольбой посмотрела на Септембер.
— Скажи мне правду, ты в самом деле думаешь, что фильм получится плохим?
— Дорогуша, ты же знаешь, как говорят в Голливуде… Чего нет на бумаге, того нет и на экране.
Джек стоял внутри крошечной кабинки возле бассейна и сосредоточенно размышлял. Идеи рождались в его мозгу так быстро, что он не успевал их осмысливать. Однако он знал, что, если проявить немного воображения, у него все получится.
— Вот что я вам скажу, ребята, мы просто возьмем и сделаем это.
— Да… папа, — пробормотала Эверсон.
За последние несколько дней она сделала успехи: объединила отдельные слоги «па-па» в целое слово. Итан засмеялся и помахал ногой:
— Да… да…
— Ладно, братва, а теперь вы должны мне кое-что пообещать: в машине, чур, не спать. Чтобы я успел провернуть это дело, мне нужно, чтобы, когда мы вернемся домой, вы легли в свои кроватки и поспали подольше.
— По? — спросила Эверсон.
— Да, По будет спать вместе с тобой.
— Элмо?
— И Элмо тоже вздремнет.
Эверсон перечислила полный список игрушек, которые она хотела видеть перед тем, как уснуть. В него вошли По из «Телепузиков», Элмо из «Улицы Сезам», Барни, бегемотик Лютик и плюшевая обезьянка непонятного происхождения, которую Энрике принес от своей знакомой, невероятно услужливой помощницы продавца из «Сакса» на Пятой авеню.
— Ладно, ребята, поехали. Нам нужно переделать много дел до маминого возвращения.
Джек усадил близнецов в автомобильные креслица, пристегнул ремнями и нажал кнопку воспроизведения в автомобильном видеомагнитофоне, покупка которого обошлась ему в пятьсот баксов. Но когда на экране появились мультипликационные герои, а Итан и Эверсон принялись раскачиваться в такт музыке, Джек понял, что деньги были потрачены не зря. Он больше не жалел о своем «БМВ зет-8». Его новый автомобиль был куда практичнее — больше места для багажа и не нужно сгибаться в три погибели, чтобы пристегнуть или отстегнуть ремни на автокреслах близнецов. Кроме того, в салоне было больше места для головы и ног.
Все втроем они совершили рейд по нескольким магазинам, включая модный мебельный салон под названием «Зиппер». Заехали они и на склад, который специализировался на кроватях из Европы. Итан и Эверсон ни разу не закапризничали. Завороженные стремительным действом, они при каждой следующей остановке только восхищенно вздыхали. А когда незнакомые люди с интересом заглядывали в двойную прогулочную коляску с двумя прелестными белокурыми созданиями, близнецы мило улыбались, как бы говоря: «Да, мы знаем, что мы очаровательны».
Именно их очарование стало тайным оружием Джека и помогло уговорить продавцов, чтобы ему были срочно доставлены и собраны две вещи: диванчик-футон, который легко трансформировался из широкого кресла в кровать, и стильный шкаф. Когда продавцу мило улыбались два очаровательных создания в одинаковых красных комбинезончиках, у него просто язык не поворачивался заговорить о плотном графике поставок и нехватке водителей. Глядя на этих малышей, продавцы просто забывали слово «нет».
После поездки по магазинам Джек с малышами заглянули в «Макдоналдс», съели на всех два «Хэппи мил» и понаблюдали за ватагой визжащих мальчишек и девчонок лет двух-трех, сбрасывающих излишки энергии на батуте из надувных шаров. На обратном пути внимание близнецов занимал новый мультфильм про лилового динозаврика, который хочет попасть в зоопарк. Когда Джек свернул на подъездную дорогу к дому, Эверсон уже зевала. Все сложилось как нельзя лучше. Джек уложил близнецов в кроватки и на протяжении следующих трех часов не слышал от них ни звука. Этого времени ему как раз хватило, чтобы покрасить все, что нужно, принять доставленную мебель и нанести последние завершающие штрихи.
Джек уже все закончил и готовил обед, когда приехали Энрике и Кристин. Они держали в руках бумажные стаканчики с молочным коктейлем и постоянно подшучивали друг над другом, как двоюродные брат и сестра.
— Я хочу играть главную роль в весенней постановке «Хэлло, Долли», — заявила Кристин.
— Но ты же не умеешь петь. Считается, что в мюзикле без этого нельзя, — подколол ее Энрике.
— Я умею петь!
— Я слышал, как ты издевалась над последним хитом Шакиры, когда мы ехали в машине. Ты так ужасно поешь, что тебе не стоит этого делать даже под душем.
Кристин нисколько не обиделась и игриво толкнула Энрике. Потом оба как-то странно посмотрели на Джека, переглянулись, и Кристин снова захихикала.
— Э-э… Джек, — начал Энрике, с трудом сохраняя серьезную мину, — мы тут с Кристин подумали…
— Да?
— Ну… кажется, тебе хватает забот и с близнецами… — Он хотел сказать что-то еще, но не выдержал и прыснул. — Сейчас тебе совсем некстати прибавление семейства. Так что, надеюсь, вы с Татьяной предохраняетесь.
Кристин не выдержала и расхохоталась. Энрике тоже. Оба так хохотали, что хватались за животы и сгибались пополам.
Джек покачал головой, изображая осуждение, но потом тоже засмеялся:
— Очень смешно. Вы просто клоуны. Давайте-ка займитесь полезным делом, проверьте, как там близнецы. Мультик, который они смотрят, вот-вот кончится.
Новоявленные комики направились в гостиную, все еще покатываясь со смеху. И в это самое время в кухню вошла Татьяна.
Джек собирался что-то сказать, но она приложила к его губам палец и обольстительно улыбнулась.
Быстро оценив ситуацию, она бросилась в объятия Джека. Через некоторое время, прервав поцелуй, Джек немного отстранился и обвел языком контуры ее губ.
— Я думал, ты вернешься гораздо позже. Но я не жалуюсь.
Татьяна устало вздохнула:
— У меня всего несколько минут. На семь я записана к доктору Джи, а потом мы снимаем еще две сцены. Так что я вернусь очень поздно.
Руки Джека скользнули по ее телу и остановились на талии.
— Мне все равно. Я тебя дождусь. Татьяна крепко обняла его и застонала:
— Как же я устала! Я бы предпочла, чтобы ты спал, тогда я бы забралась к тебе под одеяло и сразу уснула.
— Думаю, это можно устроить. Джек поцеловал ее в макушку.
— Я примчалась домой, чтобы поцеловать малышей. У меня на все про все несколько минут. Как они?
— Как всегда — демонстрируют гениальность и показывают чудеса сообразительности. Эверсон научилась включать видеомагнитофон и считать до десяти.
— Гм, значит, она обогнала Энрике еще по одному пункту.
Татьяна заметила на локте у Джека какое-то пятнышко. Она присмотрелась повнимательнее.
— Что это, краска?
По усмешке Джека ни о чем нельзя было догадаться.
— Давай выйдем к бассейну, я хочу тебе кое-что показать.
Джек потянул Татьяну за руку и вывел на веранду. Подходя к кабинке, он закрыл ей глаза руками. Татьяна обожала все загадочное. Она засмеялась и потянула его за запястье.
— Что здесь происходит?
Джек опустил руки, и Татьяна открыла глаза.
— О Боже! — Она не поверила своим глазам. — Это что, кабинка?
Стены, прежде белые, были выкрашены в ярко-розовый цвет. Потрясающий цвет, в магазине он назывался «Горячие губы». В маленькой кабинке царил диван-футон, однако осталось место и для тумбочки, и для гардероба, и даже для письменного стола. Маленький рай был готов принять свою обитательницу. Обстановку дополняли тринадцатидюймовый телевизор и портативная стереосистема.
Татьяна растерянно повернулась к Джеку:
— Зачем это?
— Это для Кристин.
— Ой, Джек… Татьяна прослезилась.
Джек обнял ее за талию и притянул ближе.
— Кристин не маленькая, ей семнадцать лет, и, если она останется с тобой, ей понадобится личное пространство. Кабинка все равно не использовалась, в ней только хранилась всякая всячина. Я навел порядок в гараже и перенес все туда.
У Татьяны глаза на лоб полезли.
— Как ты все успел за один день?
— Я делал несколько дел одновременно. К тому же мне помогли близнецы. Например, цвет краски выбрала Эверсон.
Татьяна засмеялась и смахнула слезу.
— Кристин видела?
— Нет еще.
— Она будет в восторге.
— Главное правило: не приводить в кабинку мальчиков.
Татьяна снова засмеялась:
— Абсолютно с тобой согласна. Но только, наверное, нам придется побороться, чтобы это правило соблюдалось.
Джек кивнул.
— А я установлю здесь детский монитор. Просто так, на всякий случай.
Снаружи послышались голоса Кристин и Энрике. Татьяна позвала их. Они шли неспешно, каждый нес на руках по ребенку.
Татьяне не терпелось взять малышей на руки, что она и сделала. Близнецы были счастливы.
Кристин огляделась:
— Какая прелесть! Я и не знала, что тут есть эта комнатка.
— Она твоя, — сказала Татьяна. Джек улыбнулся:
— Мы подумали, что тебе нужно некоторое уединение. Кристин плюхнулась на диван и запрыгала как ребенок.
— Ты серьезно?
Энрике повернулся к Татьяне:
— Я работаю на тебя два года, а у меня нет даже рабочего стола.
Джек засмеялся:
— Не переживай, дружище, завтра загляну в магазин офисной мебели.
— Тут столько места, что можно устраивать вечеринки.
Татьяна отвела прядь волос, упавшую на глазки Эверсон, она смотрела на малышей и не очень прислушивалась к тому, что говорит Кристин. Но как только до нее дошел смысл последней фразы, она встрепенулась:
— Никаких вечеринок!
Где-то в доме зазвонил телефон. Джек побежал в кухню, оставив веселую компанию.
— Джек, это ты?
Хью Холивелл. Вот уж с кем Джеку не хотелось сейчас говорить, так это с бывшим агентом. В свое время кое-кто из друзей советовал засудить Хью и отсудить у него последние штаны, но у этого горе-агента из всего имущества только штаны и остались. Да и те Джеку были ни к чему — размер не подходил, ведь у него не было такого пивного брюха, как у Хью.
— Я с трудом уговорил твою мать дать твой телефон, — сказал Хью.
— Не представляю зачем, — сухо сказал Джек. — Нам не о чем разговаривать.
— А вот тут ты ошибаешься, — пробасил Хью. — Когда ты можешь вернуться домой?
— Я тебе поражаюсь, Хью. Да ты должен каждый день благодарить Бога за то, что я тебя не убил! Слушай меня внимательно, слушай и запоминай: что бы ты ни хотел мне сказать, меня это не интересует!
— На Би-би-си ищут нового со-ведущего обзора спортивной прессы. Студия провела исследование общественного мнения, и ты получил самый высокий процент голосов, обойдя и мужчин, и женщин. Им нужен ты.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Как в кино - Адамс Кайли



Роман не понравился
Как в кино - Адамс КайлиДарина
10.06.2014, 11.28





Не понравился
Как в кино - Адамс КайлиЕлена
4.10.2014, 1.12





Не знаю, а мне очень понравилось. Написанно с юмором.
Как в кино - Адамс КайлиАлиса
14.11.2015, 23.11








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100